Книга Не про Любовь!, страница 69 – Нора Ольвич

Кристальная чистота небес контрастировала с переплетёнными корнями и комьями земли, нависшими над моей головой. Время тянулось медленно, и минуты превращались в часы, а часы — в дни. Казалось, что эта бесконечная тьма никогда не закончится. Щель была такой узкой, в неё было не пролезть. Корни деревьев, что путы… Бесконечно уходящие ввысь.

Но однажды всё изменилось. Неожиданно я оказалась на поверхности, словно обменявшись местами с кем-то другим. А тот, кто оказался внизу, отчаянно кричал, его голос был полон страха и отчаяния. Он был молод! Я знала кто это. Тот самый, который собирался уехать через несколько дней, оставив меня ради армейской службы. Тот, кто говорил о нас всей округе.

— Вытащи меня отсюда! Вытащи! Ты же можешь! — его крик раздирал мне душу.

Стояла на краю могилы, знала, что есть щель в её глубь, но ничего не видела. Сердце сжималось от сострадания, но как это бывает только во сне тело жило своей жизнью. Вместо того чтобы помочь Стасу, а это был именно он, я повернулась и ушла прочь, оставив его одного в том аду. Оставила, веря в то, что так будет правильно.

Глава 14

Ещё долго слышала крики из-под земли. Я покидала то место. Оно было окутано туманом, и его контуры расплывались. В дымке застыли на горизонте высокие горы. А влажная акварель сновидений смывалась невидимыми дождями.

Я шла по тропе, окружённой высокими деревьями. Скрюченные ветви, поросшие мхом, казалось, тянулись ко мне. Ветер шептал что-то на незнакомом языке, громко кричала птица, прося быстрее покинуть её лес. На бугре, который выстлал тёмно-зелёный мох, цвели первоцветы- символ надежды и духовной стойкости.

Я не сказала об этом сестре, повстречав её в моём сне. Даже тогда я хранила тайну, словно боялась, что, поделившись ею, потеряю последнюю связь с тем, кто остался кричать.

Мне слышался топот копыт. Казалось, это всадники, спустившиеся с самих небес, хотели догнать нас. Будто посланник всевышнего открыл первые четыре из семи печатей, и это вызывало появление четырёх существ, которые выезжают на белых, красных, чёрных и бледных лошадях. Они на своём пути селят войны и голод, болезни и лишения.

Они меняют миры в угоду своим прихотям.

Я спешила проснуться, слыша ход часов. Они отсчитывали каждый проходящий миг моей жизни. Шаги гулко отдавались в тишине утра, а дыхание становилось всё более быстрым, будто я бежала наперегонки с самим рассветом.

Но потом, когда всё стихло, проснувшись, я лежала в постели, устремив взгляд в окно. Там за стеклом, небо постепенно окрашивалось в розовые и золотые тона, предвещая наступление нового дня.

Взглядом и сознанием пыталась поймать первые лучи восходящего солнца, словно они могли принести с собой ответы на все мои вопросы. Ничто не держало меня в этом мире, даже Аида. Только необходимость жить и дышать, всё решала за нас с ней.

Но ведь и даже после самой страшной ночи всегда наступает рассвет. Так как сегодня, например.

*****

Приехавшая в собственном экипаже модистка привезла с собой целую коллекцию фасонов, лекал, образцов тканей и даже полуфабрикатов нарядов на каждый день. Её экипаж запустили на территорию замка.

Он чинно катил по пустующим дорогам, которые были вымощены природным камнем самых разных оттенков.

Всё «богатство местной фаворитки моды» ждало своего часа, чтобы превратиться не только в изысканные туалеты, но и в повседневные платья и ночные сорочки, соответствующие нашему вкусу и фигуре. Миссис Гислен, опытная мастерица швея, планировала завершить работу к концу следующего дня, превратив наши ожидания в реальность. Не все, разумеется. Речь шла о тех, которые нужны были в первую очередь.