Книга Затмение; Год 1666 – Части 2, 3, страница 71 – Нора Ольвич

Элена взволнованно дыша, шептала с трепетом и даже страхом. Покинув недавно надёжное укрытие в монастыре, она была явно не готова к такому. Её пальчики перебирали сложенную в красивые складки, ткань верхней юбки.

— Нам нельзя оставаться на Апеннинском полуострове, столкнулось слишком многое, политика и кланы, большие деньги и интересы правителей многих государств, мы должны уехать в Шотландию.

— Нет. Я не поеду в Шотландию, я умру там от холодного моря, мрачного неба и постоянных дождей. Серые камни замка высасывают из меня жизненную энергию, я там тихо схожу с ума. Пустая деревня и ржавая решётка над морем и крепостная стена с видом на всю эту серость. Вечная сельдь в меню и отсутствие фруктов. Возможно, в старости, но не сейчас.

— Франция?

— Нет. Думаю, нам подойдёт уединённо стоящая в холмах неподалёку от Валенсии вилла моего покойного мужа, графа Этьена делла Гутьеррес.

— В Испанию?

Задумчиво кивая в ответ сестре, понимала какой это гениальный план.

— Нас никто там не будет искать, никогда.

— Если только вы в Валенсии вновь не откроете казино, ваша светлость, — если с её уст сорвалась шутка, значит, не всё так плохо.

— Обещаю, будем жить тихо и замкнуто, никаких казино и судебных процессов. Играть в покер будем дома, а ещё музицировать, воспитывать детей и читать Шекспира.

Перекрестившись Элена попросила пресвятую Мадонну, и небесных Ангелов быть свидетелями всех моих слов и, конечно же, все их записать будто под диктовку в своей небесной канцелярии в главные книги по учёту моих клятв.

Изумлённая виконтесса, слушая наш разговор, недоумевая была вовсе не готова к такому повороту событий. Думаю, что втайне она, конечно, наделась на Шотландию.

— Испания? Пресвятая Дева Мария, как неожиданно. Но что мы там будем делать?

— Так как княжна не разрешает нам открывать казино и торговать домами, будем купаться в море и читать Шекспира, виконтесса.

— И даже в суд не пойдём? — Мне кажется, мы отсудили уже всё, что могли миледи.

Её смех, казалось, наконец-то разрядил накалившуюся обстановку.

— Капитан, объявите команде, что мы покидаем Адриатику, кому с нами не по пути, в ближайшем порту они могут покинуть судно.

* * *

Наше плаванье продолжалось уже много дней и ночей.

Согласно моим планам мы искали уютное прибрежное место, дабы сменить название судна. Мастера на галеоне резали по дереву новое название — Donna Catalina.

Встав на рейд недалеко от берегов небольшой рыбацкой деревушки, спустив паруса и развернув судно, так чтобы было непонятно, чем мы там занимаемся, мы вверяли себя Донне, что когда-то стояла за честь семьи, не жалея себя; просили её заступничества и пособничества во всех делах.

Перекрывая краской, старые синие, окрашенные когда-то тона палубы и остальные конструкции судна в тёмно-коричневый, практически шоколадный цвет, мы меняли весь облик галеона. С новыми парусами, которые никто ещё практически не видел, и флагами Испании, а ниже и нашего графского рода, это действительно был галеон рода делла Гутьеррес.

А далее наслаждаясь путешествием, вовсю стараясь обновлять знания испанского языка; мы неукоснительно двигались в сторону Валенсии, отсчитывая дни и недели.

Затянувшиеся поиски виллы и поджимающее нас время вовсю давало о себе знать. Всё предвещало сильный шторм, море было неспокойным, темнеющее небо заставляло матросов срочно сворачивать паруса.