Книга Я обязательно вернусь. Книга 2, страница 61 – Нора Ольвич

— Кто вы? — Анна от гнева уже не владела собой. Тайник! Именно в этой комнате, казалось такой неприступной, находился её тайник. В нём хранилось всё, в том числе и знаменитое ожерелье!

Дальнейшее происходило как в страшном сне. Герцогиня не знала, что может быть такой! Она была как волчица, готовая ко всему. Её хотели лишить главного: свободы. С силой, которая была настолько эффектна и непредсказуема, что казалась неотразимой, она толкнула сопротивляющуюся незнакомку на стул, каждая мышца её тела напряглась. Анна не чувствовала на себе стягивающие пластины корсета, толчок был сокрушительным. Не привыкшая кружечку поднять без помощи служанки, сорвала с портьер, поддерживающий их, длинный витой шнур. Вместе с Бланкой, которая, молниеносно всё поняла, и, вынув из кармана платья кинжал, приставила его к горлу незнакомки, привязала девушку к тяжёлому стулу. Им уже не нужен был её ответ. Было всё понятно! Свёрнутый платок послужил кляпом. Поправив одежду, спрятав ещё один ключ от кабинета в карман, проверили, сможет ли незнакомка самостоятельно освободиться. Нет! Хладнокровно подошла к небольшому зеркалу. Причёска растрепалась. Непорядок.

— Виконтесса, останьтесь с нашей гостьей в кабинете. А я схожу, проверю штат. Говорят, очень многие болеют! О. У вас новая игрушка?

— Стилет, ваша светлость. Такой удобный! Нашла на скамье в саду. С лёгкой улыбкой Бланка нежно гладила оружие. Словно любимого котёнка. — Я начинаю понимать графиню делла Гутьеррес. Что-то в этом, несомненно, есть.

* * *

— Лекарь Его Величества мне неоднократно рассказывал, что от заболевшего можно заразиться! — металлический голос госпожи взвивался к высоким потолкам. Звенели хрусталики на люстре.

— Как так получилось, что весь штат, который день выходит на работу в таком состоянии? Вы друг друга заразили и взялись за меня! Немедленно всем уехать по домам! И пока окончательно не излечитесь, не появляться в моём доме!

— Это и вас касается! — мадам в бешенстве смотрела на дворецкого. — Мессир Бенуа, я жду! Немедленно пригласите мне даму с соседнего дома в компаньонки! Скажите, что должность будет оплачиваемой. Больше никого не принимаю! Если кого-то что-то не устраивает, я никого не держу, найму новых служащих! Расчёт получите в конце месяца.

Когда Анна д’Этамп погружала в него свой ледяной взгляд, он каждый раз испытывал небывалое смущение, и даже, можно сказать, оторопь. Он не выдерживал энергию этой женщины. А сегодня особенно. Бенуа невольно потупил глаза. Очень тяжело было быть практически тюремщиком у таких женщин. Её обнимал сам король, даря свою неземную любовь! Молодая… прекрасная и очень беспомощная! Он боготворил Анну. Для него она была богиней. Какой грех так думать! Такая красота от лукавого. И ведьма, и богиня, его раздирали противоречия. Трудно было встречаться с ними изо дня в день, смотреть в глаза. Сопереживать. А затем докладывать о каждом шаге и слове виконтессы и герцогини.

— Нет. Это просто заговор! Вы все решили меня отправить на тот свет! Я просто обязана сегодня быть в городе! Платье до сих пор не готово! Что мне надеть? Завтрак остыл!

Ещё много было сказано злых слов… Герцогиня не покидала фойе, пока все не уехали. Пожилая соседская дама, изумлённая сидела в её гостиной. Замызганная провинциальная служанка с мерзкой собачонкой на руках не поднимала от испуга головы.