Книга Земная помощница для галактического прокурора, страница 77 – Лея Арис

Ксавьер берет меня за руку.

— Ты была великолепна, — говорит он. В его голосе — гордость.

— Они правы, — отвечаю я. — У нас нет доказательств. Только мои слова. Только твои слова. Только голограмма, которая может быть подделкой. Только записи, которые могут быть фальшивкой.

— Мы найдем, — говорит он.

В этот момент на моем запястье вспыхивает браслет.

Текст появляется прямо в воздухе, пульсируя мягким, знакомым светом:

«Приди. Одна. Лазурит. Я жду. Время пришло.»

Я смотрю на Ксавьера. Он читает сообщение поверх моего плеча. Его лицо становится жестче.

— Нет, — говорит он.

— Ксавьер…

— Нет, Мария. Это может быть ловушкой. Даргсы уже пытались тебя убить. Гирбиды охотятся за тобой. Если ты полетишь одна…

— А если нет? — Я смотрю ему в глаза. — Если это не ловушка? Если там действительно есть то, что нам нужно? Доказательства, которые не смогут отрицать? Если моя прабабушка… если она…

Я замолкаю. Мысль, которая не давала мне покоя все эти дни, все эти ночи, наконец обретает форму. Я вижу ее как наяву. Капсула в глубине базы. Женщина, похожая на меня. Живая.

— Она может быть жива, Ксавьер. Что если она там, на Лазурите? В анабиозе? В стазисе? Ждет, когда я приду? Помнишь показатели планеты?

Ксавьер молчит. Я вижу, как он борется с собой. Как его разум говорит одно, а сердце — другое. Как долг командира сталкивается с чем — то, что он не может контролировать.

— Я лечу с тобой, — говорит он наконец.

— Нет. Он сказал «одна». Если я приведу тебя, он может не появиться. Или может быть опасно. Светлячок никогда не ошибался. Он защищал меня. Он вел меня. Я должна довериться ему.

— А если опасно для тебя?

— Тогда ты придешь за мной. Как всегда. — Я касаюсь его щеки, чувствую тепло его кожи, биение пульса под пальцами. — Ты всегда находил меня. Всегда приходил. Я знаю, что и сейчас придешь. Доверься мне. Как я доверилась тебе.

Он закрывает глаза. Его дыхание сбивается. Потом он открывает их, и в них — сталь.

— Рейвен, — зовет он, не оборачиваясь. Адъютант появляется мгновенно, словно ждал за углом. — Готовь корабль. Мы летим к Лазуриту. Она на одном корабле. Я — на другом. Следом. На расстоянии прыжка. Если что — то пойдет не так, если я не получу сигнал через три часа — входите. Всеми силами. Не спрашивая.

— Но, ваша светлость…

— Выполнять.

Мы вылетаем через час. Я одна в кабине.

Ксавьер где — то сзади, на расстоянии прыжка. Я чувствую его присутствие даже здесь. Даже в пустоте космоса. Даже на краю вселенной.

Лазурит встречает меня фиолетовым небом и знакомым запахом — пряным, сладковатым, тревожным. Я спускаюсь на ту же поляну, Светлячок уже ждет. Пульсирует розово — фиолетовым светом, переливается, как живой драгоценный камень. Я подхожу ближе.

— Я здесь, — говорю я вслух. — Я пришла.

Светлячок поворачивается и плывет к расщелине в скале. Я иду за ним. Тоннели, светящиеся стены, символы, которые я уже начинаю понимать. Я была здесь. Но сейчас он ведет меня глубже. Туда, куда мы не дошли в прошлый раз. Туда, где спрятано то, что ждало меня тысячу лет.

В самом сердце базы, в зале, который пульсирует живым, дышащим светом, стоит капсула. Прозрачная, мерцающая, похожая на кокон.

Внутри — Она.

Моя прабабушка. Алисия!

Она не голограмма. Она настоящая. Ее грудь поднимается и опускается. Ее кожа переливается, ее веки сомкнуты, руки сложены на груди. Она в глубоком сне.