Книга Земная помощница для галактического прокурора, страница 82 – Лея Арис

* * *

Я стою на посадочной платформе, глядя в небо, где только что исчез его корабль. В руке — кристалл с историей моего народа. Рядом — моя прабабушка, которая ждала года. Позади — дворец, который уже успел стать мне домом. Впереди — Фемида-Прайм, где должна решиться наша судьба.

— Летим? — спрашивает Илария, беря меня за руку.

Я смотрю на небо. На звезды. На ту точку, где исчез его корабль.

— Летим, — отвечаю я.

Три часа. Сто восемьдесят минут. Десять тысяч восемьсот секунд.

Я считаю их. Каждую. Каждую вспышку на экране. Каждое сообщение от Рейвена. Каждое слово, которое передает Луиза.

Операция началась. Они вошли в шахты. Отключили связь. Заложников выводят.

— Мария, — голос Луизы в динамике. — Ваша мать и брат в безопасности. Их везут на «Веритас». Операция завершена. Раненых нет.

Я выдыхаю. Меня трясет. Илария подает мне воду.

— А Ксавьер? — спрашиваю я. — Где Ксавьер?

— Его светлость… — Луиза замолкает. — Его светлость задержался. Он прикрывал отход группы. Сейчас выходит на связь.

Секунда. Две. Пять. Десять.

— Мария, — голос Ксавьера. Хриплый, усталый, но живой. — Я вернулся. Как и обещал.

Я плачу. Не стесняясь. Не скрывая.

Мы приземляемся на Фемиде-Прайм. Я веду под руку Алисию. В моей руке — кристалл с правдой.

Зал Суда Планетарных Споров ждет. Судьи на своих местах. Даргсы и гирбиды — на скамье подсудимых.

Ксавьер входит в зал, когда мы уже поднимаемся на трибуну. В его глазах — усталость и гордость. Он кивает мне.

Я киваю в ответ.

Алисия уже на трибуне.

— Я — Алисия, — говорит моя прабабушка, и ее голос разносится по залу. — Последняя из правящего рода торвенцев. Я была там, когда даргсы пришли на наши земли. Я видела, как они требовали то, что мы не могли отдать. Я видела, как они угрожали, как обещали защиту в обмен на предательство. Я видела, как они привели гирбидов. Я видела, как флот Дар'Веллов заблокировал пути к бегству — не зная, что творит. Я видела все.

Она поворачивается к столу даргсов. Ее взгляд — как удар хлыста. Я чувствую, как они сжимаются под этим взглядом.

— Вы думали, что убили всех. Вы ошиблись. Я выжила. Моя правнучка выжила. Мои внуки выжили — они живут на других планетах, в других галактиках, не зная о своем происхождении. И сегодня я принесла то, что вы не сможете отрицать.

Она поднимает кристалл. Я протягиваю руку, касаюсь его. Он вспыхивает, и в воздухе разворачиваются картины. Тысячи лет истории торвенцев. Их города, парящие в облаках. Их технологии, работающие на чистом свете. Их дети, играющие в садах, где цветы поют. Их старейшины, хранящие знания в кристаллах, как мы храним дыхание. Их мир. Их жизнь. Их надежда.

А потом — приходят они. Корабли даргсов. Сотни кораблей. Тысячи. Они застилают небо. Взрывы. Крики. Дети, бегущие по улицам, спасаясь от огня. Старики, закрывающие собой храмы, чтобы спасти хотя бы крупицу знаний. Женщины с младенцами на руках, бегущие к спасательным капсулам. Мужчины, пытающиеся задержать врага голыми руками.

— Это не голограмма, — говорит Алисия, и в ее голосе слезы. Она не плачет. Она выше этого. Но я чувствую, как ей больно. — Это запись памяти. Прямое свидетельство того, что произошло. Только тот, в чьих жилах течет кровь торвенцев, может открыть кристалл. Только мы можем засвидетельствовать эту боль. И сегодня я делаю это для всего мира. Пусть все видят, кто вы. Пусть все знают, что вы сделали.