Книга Еще раз уйти, чтобы вернуться, страница 83 – Ольга Соврикова

Непослушная мама ничего не поняла. Посадила главного барона обратно, и тогда его баронство пригрозило мне плетками. Сказать, что я была потрясена, не сказать ничего! Ребенку трех нет, а такой обширный словарный запас, такое «знание» жизни. Пришлось оставить бузотера на пять дней в спальне без права выходить из нее, без сладкого и без сказки на ночь, а тем, от кого он услышал рассуждения о правах женщин, всыпать плетей.

Мирились долго, со слезами, соплями, топаньем ногами. И в этот раз я победила, но поняла, что простой моя жизнь не будет никогда. Сыночек весь в папу. Ну, почти весь. Умненький в меня, а упрямый, как осел, в отца, впрочем, как и его сестренка. Девочка оттаяла, осмелела и, подражая братцу, устроила вслед за ним пару концертов, за которыми он наблюдал с заметным интересом. Но так как из ее выступлений ничего путного тоже не получилось, кроме дополнительного наказания для обоих хитрецов, малышня в конце концов нашла себе другое занятие, оставив меня в относительном покое.

Я же, воюя с мелкими господами, забыла все-таки про своего найденыша, поскольку накал страстей по поводу его персоны стих, и даже шепотки практически прекратились. А тут еще и зима окончательно вступила в свои права. Снег, заваливший все вокруг немыслимо толстым покрывалом, разыгравшиеся метели, капризы детей, склоки слуг. До него ли мне было? Месяц прошел, как сон пустой. Зато я окончательно приструнила детей. Работникам, которым хватало времени на дрязги, добавила обязанностей, чтобы жизнь медом не казалась, и расслабилась, собираясь начать получать от жизни удовольствие. А что? Налоги уплачены. Долги розданы. Люди накормлены и к работе приставлены. Казна пополнилась. Дороги снегом занесло, и потому гостей нежданных опасаться не стоит. Родовой источник благоденствует. Дом готов делиться знаниями, как лучшая электронная библиотека. Королевские ищейки до нашего дома не добрались, ищут теперь кого-то другого, наверное. Король далеко. Женихи на пороге не толкутся. Опять-таки, разве это плохо?

И тут нате вам, Шамир.

— Госпожа. Дороги замело.

— И…

— Куда калечного девать?

— Какого калечного?

— Ну, того, полудохлого. Вы распорядились в трактире его к работе приставить, как на ноги поднимется. Так он ходит уже. Работу какую-никакую делать может. Не разговаривает, правда, но все понимает. Отъелся малость на наших харчах. Только вот волосы у него не растут, даже брови с ресницами, так страхолюдный и ходит. Да и работник из него незавидный. Он то ли не умел никогда ничего делать, то ли забыл все. Мы даже если сможем его в трактир отвезти, толку не будет. Получит от хозяина пару затрещин и опять, того… Лечить по-новой придется. Может, мы его до весны на нашей конюшне к делу приставим? С лошадьми у него вроде получается ладить.

— Под твою ответственность. Сам приглядывай. – Думать о лысом мужике не хотелось. Погода расслабляла, склоняла к неторопливому времяпровождению, наслаждению чашечкой чая у камина.

— Да он тихий, – не унимался Шамир, – его мужики так и прозвали – Молчун. – Киваю головой и взмахом руки отправляю главу своих воинов восвояси. Устраиваюсь у камина в глубоком кресле, намереваясь насладиться игрой искорок в неге и блаженстве, но не тут-то было.

Шамир уже давно ушел, а я все никак не могла выбросить из головы мысли о том, кого лично привезла в свой дом.