Книга Еще раз уйти, чтобы вернуться, страница 85 – Ольга Соврикова

А я, нужно признаться самой себе, все равно любви хочу. Настоящей. До звездочек в глазах. Чтобы сердцем чувствовать. Знать, что оно живое, и что меня тоже можно любить. По-настоящему, только за то, что я есть. Хочу почувствовать то, чем так дорожили люди на Земле. Те люди, которые умели любить.

Всё. Весь день насмарку. Завыла бы, да боюсь напугать всех до заикания. Вот вроде бы и заветные желания сбылись. Сын есть, дом (опять же) в порядок привела, гостей незваных нет. Сидела бы другая на моем месте на попе ровно и радовалась. Так нет же. Это не про меня точно. А ведьма, она и есть ведьма, хоть с метлой, хоть без. А если ведьме не сидится, не лежится спокойно, это может значить только одно – покоя никому не будет.

Ведьма-дура это вам не шутки. Это диагноз, страшный. А заскучавшая ведьма – вообще беда для всех живых и неживых ее окружающих. Вон: ребенка замуштровала, передвигается по дому перебежками и даже шалит вместе с сестричкой в меру. Слуги дом и храм вычистили, даже начистили все, что можно, до блеска. Мужики из казарм не только дорожки во дворе регулярно чистят. Они весь снег со двора в сад вывезли, и теперь специально для меня показательные тренировки на свежем воздухе устраивают, доказывая свое служебное рвение и занятость. На кухне, стоит только туда заявиться, вздрагивают все от мала до велика.

Да что там люди? От меня дух дома прячется. Почему? А потому, что не получается у меня тонкое магическое воздействие. Не способна я своей силой горшок закопченный почистить. До дыр протереть – это пожалуйста. Ковер на нитки разобрать – тоже раз плюнуть. И перину в труху превратить, а не взбить. Короче, бесполезный я в хозяйстве маг, оказывается.

Нет… Метель, снегопад, дождь, торнадо (если разозлюсь), огонь, ветер – все пожалуйста. Легко. В голову чужую залезть, перетряхнуть там все и «ремонт» по своему разумению сделать – это я тоже могу. Это запросто. Все живое, судя по всему, подчинить тоже вот легко и просто могу. С магами тягаться пока тяжеловато, но и это дело практики, как мне кажется. А вот заклинания этого мира не мой конек, видимо, еле-еле, кое-как. И единственное, чем я могу оперировать в повседневной жизни, не опасаясь разнести все вокруг, это ведьминские наговоры, но их ведь еще придумать нужно, проверить. А то без подготовки-то – ра-а-аз. И будут у меня все слуги улыбаться и дули друг другу крутить, а кони ржать над ними не переставая.

Самая хорошая болезнь на свете – склероз. Ты про нее не помнишь и не беспокоишься. Почему я про нее вспомнила? Так потому что не старая ведь еще, а память уже, как решето. Забыла про гостя лысого. Забыла. И память его не проверяла, и в головушку закладки свои не поставила. Зато от скуки и безделья маясь, придумала для своих стражников новое «развлечение» – лыжи. Заставила плотников страдать над своей новой придумкой, да каждого из них лыжной парой обеспечить. Сама радовалась, как в детстве, пока во время испытаний своей придумки не налетела во дворе на приличной скорости на это лысое недоразумение. Нет, после этого я, конечно, всех новоиспеченных лыжников, с собой во главе, за ворота тренироваться отправила, но обидно-то как. Нас же с ним потом распутывать пришлось, как клубок ниток перекрученный. Я злилась, шипела как змеюка, а он таращился на меня и молчал. Злил неимоверно. А злая я с мозгами до сих пор дружу плохо. Вот потому и получилось то, что получилось. Ударила его ментально со всей дури, и все, белый свет – потух.