Книга Дитя титанов, страница 232 – Джен Уильямс

— Атхорны сказали, что они призвали… помощь, – сообщила Джек, сидя на корточках рядом с Эпоной. Тонкий шрам на ее голове напоминал о ране, полученной в последнем бою. – Но ее природа непредсказуема.

— Почему-то я совсем не удивлена.

Калибурн издал слабый гул. Джек кашлянула.

— Может быть, лучше не надо? – спросила Эпона. – Я не уверена, хочу ли я знать, что он говорит.

— Меч говорит, что использование этой мерзости – оскорбление…

— Значит, точно, я права и ничего не хочу слышать. Передай Калибурну, что мы берем всех, кто согласен встать в наши ряды, и надоедливых самодовольных болтунов, и… кого угодно.

Впереди, за деревьями, снимались с лагеря отанимы; слуги-люди вяло бродили по грязи от кареты к карете; последние три дня не переставая шел дождь. Дальше начиналась полоса нетронутого Дикого леса, которая спускалась к Разбитому морю, – повстанцы уже давно не подходили к нему так близко. На севере из горизонта торчали зубастой синей пилой горы Эльвинии. Ночной дождь перестал, сменившись ясным утром; солнечные блики плясали и перемигивались на далекой воде.

— Я все еще не совсем понимаю, что это, – тихо сказала Джек. – Я никогда такого не видела.

Эпона вздохнула.

— Я видела… в Корнвуллисе, где она пыталась убить нас. Что случилось с ней на границе Галаброка, неясно, но, судя по выражению лица Левен, когда она пыталась мне это объяснить, что-то не особо приятное. Левен и Киллиан решили, что она мертва, как и атхорны, а потом, по словам Тоги, она явилась к ним… уже такая. Погоди-ка, погоди. Что-то происходит. Ты видишь?

Пространство между каретами замерцало, словно окутанное жарким маревом, а потом там появилось нечто. Эпона нечасто видела дунохи, но помнила, что от них всегда веяло холодом: морда как череп, тело, покрытое шевелящейся растительностью, зеленые огоньки в пустых глазницах – жуть, да и только. Но представшее перед ними теперь оказалось еще хуже. Из замшелой спины дунохи торчало человеческое тело, изогнутое, пронизанное живыми растениями и корнями. Эпона помнила, что когда-то это было прекрасной женщиной-друинкой по имени Лавдей, но от ее красоты почти ничего не осталось; безумные глаза, рот, полный червей. Эпона ни за что не узнала бы ее, если бы не спутанные медно-рыжие волосы, закрывавшие ей спину.

На секунду в лагере отанимов воцарилась ошеломленная тишина; но вот дунохи Лавдей встала на дыбы, взметнув в небо смертоносные копыта, и люди кинулись от нее врассыпную.

Эпона встала, подняв над головой свой короткий меч, повернула голову и встретилась взглядом с Левен. «Удачи тебе, подруга, – подумала она. – Возвращайся живой».

— За мной! – крикнула она своей армии. – За меня! За Бретлению!

* * *

Левен призвала крылья, и они подняли ее над дорогой. В свое время она повидала немало полей сражений, в том числе необычных – расширяясь, империя не брезговала ни городишками, ни деревнями, ни даже хуторами, оказавшимися у нее на пути, – но это было одним из самых странных: неширокая полоса утрамбованной земли и камня посреди непролазного леса. Пока она осматривалась, люди во главе с Эпоной и Джек ринулись на штурм лагеря отанимов, по которому металось то, что когда-то было Лавдей. Вопя и извиваясь, оно набрасывало на отанимов плети зубастых ползучих растений. Крылатые титаны поднялись в воздух, но Левен даже не смотрела на них. Сегодня перед ней стояла другая задача, на ней она и сосредоточилась. Но силы уже покидали ее. «Держись, – сказала она себе. – Потерпи немного, скоро отдохнешь».