Книга Дитя титанов, страница 239 – Джен Уильямс

Но принц не ответил, и она повернулась к нему.

— Мой принц, если я права, твоя мать скоро призовет тебя на помощь. Она захочет, чтобы ты использовал свою силу против грифонов и великанов. – Белиза перевела дух. Сейчас или никогда. Другого случая не представится. Остается только надеяться, что у нее получится. – А я хочу дать тебе совет: подумай о своей свободе.

— О моей… о чем?

Белиза положила копье и подошла к груде осколков. Чудо, что хотя бы одна банка уцелела, когда великан перевернул карету, – да, проклятый великан подошел и так наподдал ногой карету с Малакимом, что она завалилась набок. Все банки побились, но одна все же уцелела, и вот теперь Белиза взяла ее и повертела ею у принца под носом. Снаружи Икарайн уже звала своего сына:

— Приведите мне сына, приведите принца Малакима!

— Вот кто ты для Икарайн, Малаким. – Белиза открыла банку. Внутри, подобрав под себя лапки, сидел паук, стараясь стать как можно меньше и незаметнее. – Только она держит тебя не в банке, а в ящике, из которого выпускает, когда ты ей нужен. Она никогда не даст тебе свободу, Малаким. Ты слишком полезен ей.

Она слегка встряхнула банку.

— Вот твое будущее. Ты – оружие, которым она грозит другим титанам, которое всегда рядом с ней.

А вот теперь настал решающий момент.

— Пока Икарайн жива, – сказала Белиза, – ты всегда будешь в ловушке.

Шесть темно-красных глаз Малакима расширились. Он не произнес ни слова. К карете уже подходил отряд гвардейцев-отанимов, явившихся за принцем.

— Послушай, – продолжала Белиза. – Послушай меня.

Капельки пота выступили у нее на лбу, пропитали одежду на спине.

— Я бывала в джунглях Хураки. Там есть жуки размером с собаку и всякие другие насекомые, которых ты даже представить себе не можешь. Даже в Стратуме, там, откуда я родом, есть насекомые, которых ты не видел никогда. И не увидишь, пока жива твоя мать. Она тебе не позволит. Ты навсегда останешься ее сыном, прикованным к ней своей силой. Неужели ты не понимаешь? Неужели не хочешь это изменить?

Воин-отаним встал у разбитой двери кареты.

— Мой принц? Ваша мать требует вашего присутствия. – Он бросил раздраженный взгляд на Белизу. – Вы что, не слышите, как она зовет, первый рыцарь Белиза? Немедленно приведите его. Весь этот проклятый остров ополчился на нас.

Она повернулась к Малакиму, собираясь сказать что-то еще, но он уже двигался, его длинному нескладному телу было неудобно в тесном пространстве.

— Я иду, – сказал он воину-отаниму.

Они вышли из кареты. Воины окружили принца и повели прочь. Белиза смотрела им вслед, не смея пошевелиться. Она играла в игру, танцевала танец в точности так, как ее учил Каэто, но проиграла. В груди у нее стало пусто.

«Я ведь могла просто перерезать ему горло, – думала она, – но нет, мне же надо было быть умнее всех! И вот теперь он пойдет и разорвет на куски всех титанов, которых я могла бы спасти».

От этих мыслей у нее закружилась голова. Она выскочила на улицу и оказалась в самой гуще сражения. В голове гудело, но бой был тут ни при чем. Впереди Малаким уже пробирался к своей матери, которая только что опустилась на землю. Увидев его, Икарайн улыбнулась – словно белый шрам вскрыл багровое от крови лицо.

— Вот и ты, дитя цепей, – раскатисто прогудела она. Рядом с ней упал с неба отаним. Грифон выпустил ему кишки. – Настало время указать меньшим титанам их место, Малаким. Возлюбленный сын мой, сними с неба грифонов и брось их в грязь, где им самое место. Разбей их кости и съешь, дитя мое.