Онлайн книга «Два сплетенных венца»
|
«Когда?» «После того как Колода объединится. В день Солнцестояния». «Она не объединится кровью Рэйвина, – сказала я. – Он не умрет, истекая кровью над твоими Картами. Я этого не допущу, Кошмар». «И я тоже». «Тогда чья кровь объединит Колоду?» «У меня есть план». Я заглянула в самые темные уголки его разума – и ничего не нашла, лишь размытые неясные образы: лицо Рэйвина, Элма, и куда более отчетливое – лицо Брута Роуэна. «Ну? – потребовала я. – Не просветишь?» Его зубы защелкали в знакомом ритме колыбельной. «Я нахожу это удивительно утешительным: хотя наши разумы сплетены воедино, мне приходится бесконечно все тебе объяснять, Элспет». «Возможно, если бы ты не говорил полуправдой и намеками, мне не пришлось бы так докучать тебе». «Ты докучала бы мне, что бы я ни сказал и ни подумал». Я вздохнула. «Ты мне крайне неприятен». «Но доверяешь ли ты мне?» «Разве у меня есть выбор?» Он произнес то же самое, что сказал мне в покоях моего дома прямо перед тем, как завладеть моим разумом: «Дорогая моя, у тебя всегда был выбор». Берег окутала тишина. Кошмар уловил ее и прижал Джеспир к себе, защищая. Ветер усилился, море отхлынуло – а потом перед нами вздыбилась высокая волна, и я увидела Рэйвина в ее толще. Он вынырнул на поверхность и рванул к берегу. Его грудь ходуном ходила в судорожном частом дыхании. Море тянуло его вниз, одежда промокла насквозь, но когда он отбросил мокрые волосы со лба и ступил на песок, его серые глаза сияли. Он казался выше, чем прежде, менее утомленным. Где бы он ни был, что бы ни видел – это придало ему сил. Кошмар встретил его у самой кромки воды. — Ну? Рэйвин возвышался над ним, расправив широкие плечи. — Джеспир?.. — Жива. Карта Двух Ольх? Рэйвин протянул руку. Между его мозолистыми пальцами вспыхнул яркий зеленый свет. Я ахнула: «Он сделал это!» — Какой ценой? – спросил Кошмар, и голос его был тих. — Все, чего это стоило: мое имя. — Твое имя? — Тебе оно известно. – Рэйвин заглянул Кошмару в глаза. – Ведь оно и твое. Темная комната, где я обитала, застыла в безмолвии. Рэйвин прочистил горло, голос его стал тише, словно он изо всех сил старался смягчить сказанное: — Ты мог бы сказать мне, что Карты Зеркала и Кошмара, которые я ношу в кармане, принадлежали твоему сыну, Таксус. Оказывается, он еще хранил некоторые секреты. «Кошмар, – прошептала я яростно. – Что он имеет в виду?» — Похоже, ты не так глуп, как я думал. – Он, прищурив глаза, смотрел на Рэйвина, и голос его истончился, словно дым в дымоходе. — А ты столь же ужасен, как и всегда. Кошмар усмехнулся. — Да, ну, мне понадобилось больше времени, чем следовало, чтобы узнать тебя. Полагаю, именно Беннет изменил наше семейное имя. Но магия и вырождение передаются с кровью. Твою неспособность владеть Картами я узнал. – Тепло разлилось по его разуму. – А вместе с ней и твой нос. Прошлое и настоящее проступили перед моими глазами. В Беннете, затерявшемся в чернильной тьме воспоминаний Короля-пастуха, всегда было что-то мучительно знакомое. В Беннете, который смотрел на меня серыми глазами, а не желтыми. В Беннете, который стоял в библиотеке своего отца, по-птичьи склоняя голову, вертя между пальцев те же Карты, что хранил Рэйвин в своем кармане. Я увидела это теперь – истина схватила меня за горло: Беннет, который был так похож на Эмори – и на Рэйвина. |