Книга Путь Скорпиона, страница 34 – Павел Волчик

Яго и Тамаз, сидящие напротив, перестали жевать солёную говядину, подняли головы и, не понимая, в чём причина веселья, заулыбались. Клоун подвинул палкой съехавшее из костра полено и сказал:

— Едем на юг. Зимой будет тяжело в этих краях.

Братья одинаково сощурились. Тамаз распрямился:

— А как же Клешнявый? Мы его так не оставим. Сегодня мы с Яго…

— Сегодня вы с Яго, – перебил Ориоль и зевнул, – выспитесь, потому что не спите уже третью ночь. А потом поедете: один – вперёд, разведать путь; другой – назад, в деревню, посмотреть, нет ли хвоста.

— Какой хвост? – показал красивые ровные зубы Яго. – Сегодня Тамаз отрубил последнюю голову этой гидре. Нет головы – нет и хвоста.

— Ошибаешься, милый, – проворковала гимнастка, кутаясь в медвежью шкуру. – Пока вы прогуливались по окрестности, мы кое-кого приметили.

Она подняла голову и посмотрела на Ориоля, ожидая, что он продолжит. Но клоун сонно глядел в пламя и, слушая похрустывание костра, молчал.

Девушка подняла глаза к небу:

— Во-о-он там. В темноте так сразу и не разберёшь. Только не пяльтесь туда все вместе.

Она помяла в пальцах сушёную фигу и тихо пропела:На тонкой ниточке судьбы парит крылатый змей.

И если нить заметишь ты, перерезать не смей.

И если нить ухватишь ты, перерезать не смей.

Циркачи по очереди взглянули на небо. В бледно-розовых облаках и правда что-то летало. Что-то похожее на полупрозрачную маску, глядящую на них из-за дымки. За ней тянулась тонкая, едва заметная лента, трепетавшая на ветру.

— Колдун, – сощурился Тамаз. – Почему не вошёл в шатёр со всеми, почему не напал на нас?

— Боится, – ответил с ходу Ориоль. – И правильно делает. У меня для таких, как он, всегда готов сюрприз. А ещё он слаб, его сила почти иссякла.

— Дай нам полчаса, и мы с Яго обшарим все рощи. Он творит своего змея где-то неподалёку.

— Полчаса? – клоун хмыкнул. – Будешь искать его там двое суток и не найдёшь. Этот умеет накладывать миражи и запутает в трёх соснах. Пусть смотрит. Меня не колдун беспокоит, а это. – Ориоль сунул руку под овечью телогрейку, вынул из-за широкого пояса чёрную грозную трубку с барабаном и рукоятью и протянул лилипуту. – Видал такие, Ёркель? Знаешь, как работает?

Маленький человек взял в руки гром-оружие, повертел в детских мозолистых ручках, откинул барабан, заглянул внутрь, посчитал количество отверстий, беззвучно щевеля губами, и ответил:

— Таких не встречал, только похожие. Нынче эти штуки тащат со стороны Чёрной Язвы черно-копатели и бедолаги из тех, кто смог выбраться. В том оружии, что я прежде видел, заряд всего один и надобно фитиль поджигать. А этот целых пять раз разит. Однажды, Ори, им уже воспользовались.

— Такое дело, други, – вздохнул клоун, хлопнув себя по коленям, – чуть помедлили бы мы сегодня – и четверо из наших лежали бы закопанные в песке. А вы ведь знаете, как я не люблю отменять представления…

Он по-отцовски поцеловал девушку в лоб, погладил её по волосам:

— Слава нашей Ру-Ру. Быстрой и точной.

Гимнастка чуть улыбнулась, не открывая глаз.

— И всё-таки времена настали смутные, – продолжил Ориоль. – Искусство наше ничего не стоит, пока такие, как Циклоп, владеют оружием древних. Хотел бы я знать, откуда он его достал?

— Ясно откуда, со дна Чёрной Язвы. – Великан посмотрел в кувшин, перевернул его, выливая остатки воды себе на голову, зафыркал. – Такое великое было землетрясение, что лезут из чрева земли сокровища. А отчаянный люд тянет его из трещин.