Книга На крыльях крови, страница 227 – Брайер Болейн

Я огляделся, почти ожидая увидеть кого-то еще, с кем бы она ни разговаривала, мои чувства были на пределе. Но кто бы то ни был, он, похоже, был плодом ее воображения – кем-то из сна. Нас окружали лишь драконы, безжизненные и молчаливые, как и всегда.

Я смотрел на них снизу вверх, слегка дрожа.

У Драконьего двора было могущество. Возможно, даже мы, высокородные, не до конца понимали природу этой силы.

Я почувствовал непреодолимое желание увести Пендрагон. Я не собирался оставлять ее одну во дворе в ночной рубашке глубокой ночью.

Я схватил ее за плечи и легонько встряхнул.

Ничего. Ее губы продолжали двигаться, взгляд оставался рассеянным.

Зная, что таким образом я ничего не добьюсь, я сдался. Подхватив ее на руки, я покинул Драконий двор.

Она не сопротивлялась. Она просто положила голову мне на грудь.

На мгновение я задержал дыхание, ожидая, что она проснется и ударит меня за то, что я прикоснулся к ней.

Но потом я расслабился.

Я почти ожидал, что она продолжит разговаривать сама с собой, но вместо этого Пендрагон молчала. Ее глаза оставались открытыми, наблюдали за мной, пока я шел.

Теперь, в тишине своей комнаты, я осознал, что это было чертовски жутко.

Но в то же время странно приятно.

Она была такой спокойной, когда я обнимал ее. Было настолько естественно держать ее вот так в своих объятиях. Я чувствовал запах ее волос, все еще влажных, как будто только что вымытых. От нее пахло жасмином и ванилью. Ее тело, прижатое к моему, было теплым и мягким.

Часть меня страстно желала принести ее в свою комнату, положить на кровать и просто… спать рядом с ней.

Но я знал, какие будут последствия, если я это сделаю.

Поэтому я вернул ее в башню первокурсников. Разбудил Флоренс. На лице темноволосой девушки отразилось недоумение, когда она увидела Пендрагон в моих объятиях. Затем выражение ее лица сменилось недоверием. Что бы ни наговорила ей обо мне Пендрагон, теперь я определенно не нравился Флоренс. Мне было интересно, знает ли ее подруга об Энии.

Когда я уходил, Пендрагон все еще была в оглушенном состоянии, только-только начиная выходить из оцепенения.

Я подумал, что Флоренс расскажет ей о том, что случилось. Может, она опустит ту часть, в которой я принес ее обратно. Возможно, это и к лучшему.

Невилл перевернулся во сне, и я погладил его по животу. Он тихонько заворчал от удовольствия, а потом захрапел.

Я улыбнулся, глядя на него сверху вниз. Если бы только с Пендрагон было так же просто, как с пушистиком.

Но это было не так. Она была загадкой, завернутой в тайну, а сверху посыпанной дополнительными секретами.

Она была самым сложным человеком, которого я когда-либо встречал. И это бесило больше всего. Как раз в тот момент, когда я думал, что, возможно, был близок к тому, чтобы разгадать ее тайну, она снова от меня закрывалась.

Приближались Игры Консортов, и, если я был прав, ее ждали большие неприятности. В некотором смысле я всеми силами поспособствовал этому.

Но я мог сделать еще больше, чтобы помочь ей. Проблема была в том, что она мне этого не позволит.

Она мне не доверяла. Она не подпускала меня к себе.

И если я хотел защитить ее наилучшим из известных мне способов, она должна была позволить мне стать ближе к ней. Намного ближе.

Я хмуро посмотрел на пушистика, поглаживая его мех.