Книга Костер и Саламандра. Книга 3, страница 193 – Максим Далин

На переговорах присутствовали с нашей стороны, само собой, Виллемина, Раш, Валор, Броук и я. А с той стороны – Вэгс со своим референтом и Норфин со своими советниками! Потому что зеркальный канал наладили уже давно – так чего стесняться и что мелочиться!

В зале Малого Совета теперь стояло то самое громадное зеркало в старинных рамах, которое когда-то расколотила Виллемина. Теперь в нём было новое стекло, с тонкой гравировкой по краям. В защитных знаках от посторонних вторжений: новинка от Валора и Грейда.

И новый эликсир для «зеркального телеграфа» держал собеседников на связи до нескольких часов – это уже Ольгер постарался, недаром алхимики считали его подарком небес. А с той стороны отправил вызов один из парней Трикса: раскрывать механику этого дела перелесцам мы не спешили. Группу наших бойцов верхом на оставшихся костяшках, оказывается, послали в столицу Перелесья, как только наши войска пришли на секретную базу.

Наши болтали, что это было удивительное приключение, что перелесцы шарахались от дороги, будто видели сам ад во плоти, а какой-то служилый дурак даже попытался упокоить фарфоровых, как поднятые трупы. По бумажке. Я слышала, фарфоровые дали ему мимоходом по шее, но это неточно. До столицы, во всяком случае, они добрались совершенно благополучно, были нормально приняты во Дворце и спокойно открыли «зеркальный телеграф», когда получили приказ. В общем, это был первый случай, когда столица Перелесья впервые увидела фарфоровых воинов, а они – её. Друг другу на первый раз они не особенно понравились, но на тот момент и задача понравиться не стояла.

Парни просто сделали своё дело, и сделали хорошо.

Я впервые увидела Норфина. На прадеда он был не особо похож: его прадед-вампир, Эглир из дома Седых Елей, худой, жёсткий, с острым профилем, с длинной шеей, с длинными пальцами, в кружевах и бантах, с копной тёмных кудрей, выглядел утончённым, умным и злым. А Норфин, широкий и грузный, с залысинами, с квадратным тяжёлым лицом, маленькими глазками и носом картошкой, никак не тянул на утончённость, и ум в очах не светился. Зелёный маршальский мундир Перелесья только подчёркивал его грубую силу: кулаки Норфина точно не для пера Господь создавал.

Клай сказал, что слышал от перелесцев – в молодости Норфин мог убить кулаком молодого быка. Байка или нет, а звучит выразительно.

Свита Норфина, военные, выглядела ровно ему под стать. Вэгс на их фоне просто-таки сиял утончённостью и аристократизмом.

На свиту государя эта компания походила мало, слово «банда» больше к ней подходило.

— Счастлива видеть вас в добром здравии, прекраснейший мессир Норфин! – прощебетала Виллемина, когда мы с Валором закончили работу и изображение стало достаточно чётким. – Надеюсь на самую плодотворную беседу!

— Здравствуйте, – сказал Норфин. – Однако, государыня, мне изрядно непривычно говорить через зеркало.

— Вы вскоре забудете о нём, – весело сказала Виллемина. – Это пустяки, условности. Главное – цель и смысл беседы. Полагаю, наш дорогой мессир Эглир рассказал вам о моих предложениях в подробностях?

— Я не собирался выводить войска из Западных Чащ, – мрачно сказал Норфин. – То, что островитяне убрались с Жемчужного Мола, их дело, но та часть Западных Чащ, которая занята перелесцами, по логике вещей и по логике войны должна остаться за нами. Это отправная точка, с неё и начнём.