Книга Костер и Саламандра. Книга 2, страница 29 – Максим Далин

— В Перелесье случаются грозы зимой? – спросила Виллемина.

— Ещё осенью, – прошептала Гелира. – Но я не могла выйти сразу. Потом уже… наледь, снег… осколок плиты сдвинулся…

— Мутная какая-то история, – сказала я.

Виллемина как-то с ходу поменяла моё настроение. Я не то чтобы безоглядно обожала любого вампира в поле зрения, но я всегда доверяла детям Сумерек. Мёртвые не лгут, я всегда держала это в уме. Тем более – ну, в таком виде… вампир точно в беде…

Но моя королева была до странности иначе настроена. Она так подошла к зеркалу, что я подумала: сейчас постучит по стеклу костяшками пальцев, как Валор, – но Виллемина, видимо, не желала быть фамильярной.

Она погладила стекло. Я уже хотела порезать руку, но Олгрен услышал Вильму и так.

Удивительно, как вампиры здорово слышали тех, кто в искусственных телах. Видимо, потому, что и Валор, и Виллемина – гораздо ближе к смертной грани. Рядом практически.

Адмирал предстал в полном блеске Силы, аж рама зеркала инеем покрылась. И Гелира почти легла на пол, ей явно хотелось провалиться сквозь землю.

Адмирал улыбнулся мне – просто блистательно, клыки показал во всех подробностях – и с настолько глубоким поклоном, насколько, кажется, вообще умеет, поцеловал руку Виллемине.

— Дорогой адмирал, – сказала Виллемина нежно, – нам нужна ваша помощь.

— О, тёмная государыня, – рассмеялся Олгрен, – я понимаю. Мне тоже любопытно, – и обратился к Гелире: – Как смеешь находиться здесь, не представившись мне, труп?

Гелиру затрясло.

— Я… мессир Князь, я попала в большую беду… я хочу просить у вас помощи…

— Кто тебя послал? – спросил адмирал.

— Мессир! – прорыдала Гелира. – Я не слышу никого из своего клана! Быть может, в Перелесье…

— Ты не слышишь именно сейчас – или не слышала уже давно? – спросил Олгрен. – Не говорил ли с тобой Эрнст о том, что не худо бы нанести сюда визит?

— Я так боюсь, что ад уничтожит в Перелесье всех вампиров, – пролепетала Гелира. – Пожалуйста, пожалуйста, мессир, проявите ко мне хоть каплю снисхождения…

Виллемина слушала, скрестив руки на груди, как некромант, который разговаривает с демоном. Я здорово растерялась.

— Видите, тёмная леди, – сказал Олгрен, – мертвец не может вам солгать. Поэтому будет придумывать сотню способов не отвечать на вопросы. Это особая сумеречная разновидность лжи – и у женщин она получается лучше. Не потому ли мы видим перед собой именно девку?

— Скажите, дорогой адмирал, – спросила Виллемина, – бывают ли вампиры-шпионы?

— Очевидно, – хмыкнул Олгрен. – Вы же видите.

— Шпионка? – у меня это просто в голове не укладывалось.

— О, нет-нет! – закричала Гелира.

— Хорошо, – сказала Виллемина. – Тогда извольте отвечать точно на заданные вопросы. Кто послал вас сюда?

Лицо Гелиры исказилось так, что треснула пергаментная кожа и в разрыве мелькнула жёлтая кость. Она судорожно вдохнула и сказала:

— Тёмная государыня, умоляю, не заставляйте меня называть имена. Я спасением души поклялась не называть их.

— Князь Эрнст? – тут же спросила Виллемина. – Не называйте имени, скажите «да» или «нет».

Гелира вцепилась зубами в голую кость пальца.

— Сумерки кончаются с рассветом, – брезгливо сказал Олгрен. – Душу ты уже погубила – и сейчас отправишься в ад, который так тебя пугает.

— Да, тёмная государыня, да! – закричала Гелира. – Я ведь не могла ослушаться!