Книга Ведьмы из Броккенбурга. Барби. Часть 1-3, страница 301 – Константин Соловьев

Заметила. Барбаросса прикусила язык, чтобы тот ненароком не выплюнул какое-нибудь едкое ругательство. Панди заметила чертовы сигилы в доме старикашки. Лихая воровка, безрассудная бретерка, залихватская налетчица, она всегда была необычайно осторожна и внимательна к мелочам, именно потому прожила в Броккенбурге так долго. Жаль, что ее таланты не передались сестрице Барби, воображавшей себя ее ученицей…

Бригелла задумчиво прикоснулась к висящему на поясе кисету, видно раздумывала, не набить ли трубку, но потом отняла пальцы.

— Горько вспоминать, в ту ночь я подвела Панди, - по ее лицу промелькнула досадливая усмешка, - Накидалась в день перед тем крепкой хаомой до полусмерти, после еще вылакала шоппен рома… Когда я разлепила глаза, ночь уже миновала, занимался рассвет. Я бросилась на Репейниковую улицу с раскалывающейся головой, но, конечно, было уже поздно. Панди оставила на дверях условный знак, свидетельствующий о том, что она уже побывала здесь. Побывала в одиночку, не дожидаясь меня. Она была упряма, наша Панди, ты знаешь. Она могла месяцами строить какой-нибудь план, кропотливо, будто великий зодчий, но, единожды выстроив, уже не отказывалась от него. Она обнесла бы этот домишко даже если бы гора Броккен заходила ходуном или за ней явилась душа ее покойной прабабки. Я поспешила в «Два Хвоста», там мы обычно встречались после дела, чтобы разделить добычу. По заведенном порядку две трети уходило ей, одна мне – вполне справедливый расклад, учитывая, что Панди была старшей компаньонкой в нашей паре, кроме того, она возилась с демонами и выполняла самую сложную работу. Я не надеялась, что она поделится со мной, просто хотела послушать, что ей довелось увидеть внутри, в очередной раз восхититься ее работой. Но я не нашла ее там, в условленном месте. Не нашла и в комнате, которую она снимала в Унтерштадте. И в паре других мест, которые мне были известны, где ее можно было встретить днем, лакающей вино или безудержно сношающейся в самой разнообразной компании.

Бригелла вздохнула, пристально разглядывая трубку, которую так и не набила табаком. Сейчас, бросив скалиться, она походила на задумчивую птицу, маска с острым клювообразным носом лишь усиливала сходство. И пусть.

Пользуясь этим, Барбаросса позволила своему взгляду еще раз ощупать комнату. В этот раз уже не в поисках опасностей – в поисках полезных вещей, которые могли бы ей пригодится в скором времени.

Груда битого стекла… кусок обвалившейся кровли… превратившийся в гниющие руины матрас… Ее взгляд метался и скользил по полу, как опытная старая крыса, шмыгающая по помойке, вцепляясь в одни предметы, отталкиваясь от других, заинтересованно обнюхивая третьи. Крошка Бри может сколько угодно разыгрывать из себя паиньку, эта хитроумная потаскуха скажет лишь столько, сколько считает нужным сказать, ни на дюйм больше. Что-то она наверняка решит приберечь для себя. А значит, какой бы словоохотливой собеседницей она ни была, часть ответов придется выжимать из нее – и на этот случай лучше подготовиться заранее.

Ей почти сразу повезло. Под истлевшими мужскими шаравонами обнаружились лошадиные постромки, порядком истертые, но выглядящие крепкими, невесть как оказавшиеся в этом брошенном живыми душами домишке. Как сбруя они ни черта не стоили, но для того, чтобы связать по рукам и ногам шестнадцатилетнюю суку вполне годились. Чертовски удачно. Барбаросса мысленно кивнула сама себе, запоминая, где они лежат, чтобы потом не пришлось долго искать. Она стянет крошку Бри точно колбасу, и только потом приступит к расспросам.