Книга Кровавый рубин, страница 105 – Наталья Тимошенко

Ближе к концу книги, в Откровении Иоанна Богослова, Стефан наткнулся на фрагмент, где Ольга подчеркнула слова о «чаше гнева». Напротив уверенной, разозленной рукой была сделана надпись: «Не получит его!»

О чем писала Ольга? Кого — его? Рубин? Или ребенка? К сожалению, Стефану не удалось узнать, какого пола был воспитанник той женщины, которую опекала младшая сестра Ольги во Франции. Может быть, мальчик?

Стефан вернулся к началу, принялся всматриваться в пометки еще внимательнее и вскоре нашел то, что едва не пропустил. Рядом с Псалмом 120 — «Господь сохранит тебя от всякого зла» — виднелся крохотный, почти детский рисунок: сплетенные ветви ивы и маленький круг, похожий на колыбель или гнездо. Под ним была подпись, сделанная явно очень слабой рукой, так мелко, что Стефану пришлось поднести книгу к самому огню камина:

«Моя. Спасенная от тени отца своего».

Ни имени, ни даты, но Стефан был твердо уверен: Ольга написала это о своей новорожденной дочери. Она все-таки родила ребенка, дочку, и намеревалась спасти ее.

Стефан почувствовал, как участился пульс. В этих словах не было той безнадежности, что сквозила на предыдущих страницах. Это был единственный проблеск триумфа во всей книге. Ольга не просто терпела свой «крест», она умудрилась обмануть Верховодина, вырвав из его рук самое ценное. Убежала из дома с малышкой на руках, не взяв ничего. Добралась до Франции, где ей наконец помогли.

Стефан поднял глаза от книги. Теперь история приобретала новый оборот. Если ребенок выжил и был увезен отсюда, значит, кровь Верховодиных не оборвалась в этом проклятом доме. Она ушла в мир, растворилась в нем, продолжилась в ком-то другом.

Он перевел взгляд на спину сидящей за столом Кристины. Но если его догадки верны, то почему призрак, запертый в этом доме, предположительно призрак самой Ольги, хочет убить своего потомка?

Или, быть может, не убить? Напугать, выгнать оттуда, где опасно?

А как же Жанна — погибшая участница шоу? Если между ней и Крис есть родственная нить, ведущая к Ольге Верховодиной, то она не должна была погибнуть. Нет, что-то не сходится.

Крис, будто почувствовав его взгляд, отодвинула ноутбук и повернулась к нему.

— Что-то интересное?

— Возможно, — кивнул Стефан, выныривая из собственных мыслей. — А у тебя?

— Не особо. Эта Жанна предсказуемо не так сильно интересовалась генеалогией, как моя сестра, поэтому на сайте ее нет. Но зато она была активна в соцсетях, я нашла несколько ее родственников разной степени близости, написала небольшую программу впрочем, тебе это неинтересно. Важно, что, кажется, нашла наши точки соприкосновения. Весьма условные, конечно, потому что, если хорошо порыться, такие точки можно найти еще с кучей людей. Но, кажется, мы все же очень дальние родственницы. Что-то типа моя мама была внучатой племянницей тети ее деда.

— Однако дому этого хватило, — задумчиво произнес Стефан.

— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Крис.

— Думаю, вы с Жанной не просто родственницы, пусть и очень дальние. В вас обеих течет кровь Ольги Верховодиной.

Брови Крис стремительно взлетели к темной челке, и Стефан поторопился продолжить:

— Ольга родила ребенка, дочь. И смогла увезти ее отсюда. Думаю, те русские эмигрантки, которым помогала Елизавета Шустова, все же ее сестра и племянница. Девочка выросла, и вы — ее потомки. Именно поэтому дом пытается убить вас. Жанна погибла, теперь твоя очередь.