Онлайн книга «Прайм-тайм»
|
Медик подошел, но Шарлен замахала руками: — Нет, не давайте мне ничего, я хочу, чтобы голова хорошо работала. — Только чтобы снизить давление, – уточнил Янис. — Исключено. Я должна оставаться в здравом уме. Янис нахмурился: — Как ты можешь быть в здравом уме после того, что сейчас произошло? — Я… Мне нужно вернуться в режиссерскую. Если он захочет говорить. — Нет-нет, все кончено, я больше не буду тебя подставлять. Шарлен вскочила на ноги: — Ты же не отстранишь меня! Только не сейчас! — Шарли… — Луиджи только что убили на моих глазах после того, что сделала я, после моих слов, так что ты не будешь меня благодарить: «Спасибо, Шарли, ты была очень полезна, но облажалась, так что до свидания»! Нет! — Шарли… — Я возвращаюсь, я не могу сейчас их бросить! Он говорит со мной и будет отвечать передо мной! Ты понимаешь? — Ты больше не в состоянии… — Я соберусь и вернусь туда! Никто лучше меня не понимает сейчас, как важно каждое слово, никто! Я не брошу себя! Янис больше не пытался ей противоречить – он слушал. Несколько секунд они смотрели друг на друга, а потом он наконец кивнул. — Прежде немного приди в себя, – сказал он. – Я буду в режиссерской. Шарлен облизнула губы и сдержала подступавшее к горлу рыдание. Сейчас не время. Янис, настоящий радар эмоций, должно быть, это почувствовал, потому что взял ее за руку и сжал, одарив успокаивающей улыбкой. — Ты сказала: «Я не брошу себя», говоря о себе самой, – отметил Янис чрезвычайно мягким тоном. – Красноречивая оговорка, правда? Шарлен закусила губу и кивнула. Он еще раз сжал ее руку и отошел. Она держалась, пока он не скрылся в производственной зоне, а потом хлынули слезы. Вернувшись в режиссерскую, Шарлен обнаружила новых людей, которых мельком видела вечером на брифинге. В том числе полковника Дюпра, начоперштаба, как они его называли, с суровым и безжалостным выражением лица. Его сопровождал настоящий амбал, командир группы захвата. Начоперштаба передал приказы Остену: — Убираем снайперов. Остен возмутился: — Без них штурм может начаться только от дверей, противник получит возможность… — Этого требует Матиньон. В то же время они хотят, чтобы мы гарантировали, что больше не будет жертв. Капитану пришлось воздержаться от комментариев. — Хорошо, полковник, – сказал он тоном, по которому было совершенно ясно, что именно он обо всем этом думает. Полковник Дюпра обратился к Янису: — Амар, как вы думаете, вы сможете возобновить переговоры? — Если уберем стрелков, сможем предпринять попытку. — Тогда действуйте и добейтесь чего-нибудь. Разрядите эту ситуацию. — Да, полковник. — Когда я говорю «вы», я имею в виду именно вас, понятно? Янис напрягся. Потом снова заговорил спокойным и доброжелательным тоном: — При всем уважении, полковник, я добьюсь большего с помощью мадам Кермадек, чем если буду вести переговоры сам. — Она в состоянии? — Она перед вами, можете спросить у нее, – ответила Шарлен. Дюпра искренне улыбнулся. — Да, очевидно, – удовлетворенно сказал он. – Очень хорошо. Разбирайтесь вдвоем как хотите, но выжмите что-нибудь из этого обмена. Я не хочу остаться с трупом и провальным штурмом как единственной перспективой. — Понял, – ответил Янис. Полковник настаивал: — Янис, может быть, вы сумеете выторговать немного времени у этого Кратоса, но в Елисейском дворце вам его не дадут. Я знаю политиков. Их только что унизили. Они хотят, чтобы восторжествовали государственные интересы. Они приказали нам доставить его голову на блюде до рассвета. У вас еще есть время, чтобы разрулить этот бардак. |