Книга Прайм-тайм, страница 61 – Максим Шаттам

— Шарли, пора. Я подготовил несколько тем для начала диалога – зацепки, чтобы проверить, клюнет ли он.

Шарлен просмотрела записи. Все было ясно и логично.

— Переговоры – это обмен: слова, требования, обещания, действия. Для начала нужно запустить эту динамику через множество микротранзакций. Завоевать доверие можно по-разному – например, польстить его эго, ответить на вопрос… и взамен подвести его к ответным действиям.

Шарлен видела, как вся режиссерская следит за ней. Напряжение нарастало. На часах мерцали красные цифры 22:15. Два часа с начала захвата.

— Готовы?

Нет. Она не была готова и никогда не будет.

Янис понимающе улыбнулся:

— Дурацкий вопрос, простите. Страх – это нормально, это тело посылает сигнал, который вы используете, чтобы выверить каждое слово и движение. Сами увидите. Страх гораздо острее в момент ожидания, так что лучше начать сразу и избавиться от него – когда действуешь, о нем забываешь.

Он протянул ей наушники и положил палец на кнопку связи с наушником.

— И последнее: не бойтесь пауз, они говорят о многом, они полезны.

Спросив разрешения взглядом и не дожидаясь ответа, он нажал кнопку – загорелся белый индикатор. Шарлен была на связи с Кратосом, державшим Поля на прицеле на глазах у миллионов свидетелей.

Девушка медленно выдохнула, сдерживая бешеный стук сердца – ей казалось, что он слышен в микрофон, – и неожиданно начала:

— Кратос, это я, Шар… Сверчок Джимини.

Если он такой самовлюбленный, неплохо начать с демонстрации послушания. То, что она приняла данное им прозвище, – реверанс в его сторону.

На всех мониторах Кратос настороженно выпрямился. Повисла пауза, которую Шарлен решила выдержать. Затем он взял микрофон на проводе со стола, и гортанный голос ответил:

— Вы нашли?

Выпускающий редактор, обычно такая уверенная в себе за этим пультом, поскольку владела темой, теперь вспотела от страха. Внезапно она в полной мере осознала, что влечет за собой ее положение: истолковывать, делать выбор, последствия которого могут спасти или погубить людей.

Поль тоже выпрямился в кресле. Он знал, что похититель на связи с режиссерской через наушник, но не мог знать, что это она, Шарлен, а не эксперт спецназа. Так было лучше и для него, и для его веры в спасение.

— Вы прекрасно знаете, что такое не делается мгновенно. Пятьдесят миллионов евро не собрать по щелчку пальцев.

— Джимини… Я разочарован. Если ты не справляешься с заданием, тебе нечего делать в моей голове.

Он потянулся к балаклаве, собираясь вынуть наушник.

— Вы же не сказали, как хотите получить деньги!

— Потому что сейчас речь не об этом! Еще рано, – жестко ответил Кратос.

— Мы с вами в одинаковом положении, – поспешила добавить Шарлен, чтобы его остановить. – Между двумя огнями. И выберемся, только если будем говорить откровенно.

— Прежде всего меня должны воспринимать всерьез.

— Поверьте, так оно и есть! Вы в прямом эфире, у виска Поля пистолет – внимательнее слушать вас просто невозможно. Но завладеть вниманием недостаточно, нужно еще правильно им распорядиться.

Молчание.

Шарлен чувствовала, как сердце бьется где-то в горле. Она похолодела от мысли, что сейчас он бросит микрофон и в приступе безумия убьет Поля.

— Вы нашли?

— Палец Лорен? Да.

Янис советовал быть откровенной, поэтому она добавила: