Книга Тайна последней ночи, страница 57 – Тошика Масаки

— Разумеется, – кивнул Фукунага, явно понимая, к чему тот клонит. – Даже если кто-то увидит Тацухико-сан, он не сможет обратиться в полицию. На формальном уровне ни подозреваемым, ни разыскиваемым преступником он не является. Решать, как поступить дальше, – это уже дело самого Момои и его матери.

— С этим трудно спорить, – спокойно согласился Мицуя.

— Все равно полиция ничего не делает…

Тихая, брошенная в пустоту фраза упала между ними.

Мицуя обернулся. Полная женщина лет пятидесяти как раз принесла чай. Ее щеки покрывали пигментные пятна, а опущенные уголки губ придавали вид не то недовольный, не то печальный.

— Полиция ничего не делает? – спросил Мицуя.

Женщина, уже собравшаяся уйти, остановилась. Она без выражения посмотрела на него сверху вниз. Несколько секунд тянулось молчание.

— Полиция ничего не делает? – повторил Мицуя тем же тоном.

После паузы женщина устало бросила:

— Ну да.

— У вас тоже пропал близкий человек?

— Да, – ответила она и добавила: – Жених.

Словно это слово стало для нее сигналом, она судорожно втянула воздух.

— Когда я обратилась в полицию, они не только толком не стали разбираться, но даже слушать не захотели. Они просто отнеслись ко мне как к идиотке, сказав, что он, наверное, исчез по собственной воле. Пока кто-нибудь не умрет, полиция и пальцем не пошевелит, правда?

Она высказала свое недовольство едва слышным шепотом, после чего развернулась и ушла, поставив в разговоре точку.

— Как бывший полицейский, я понимаю обе стороны, – с тяжелым вздохом сказал Фукунага. – Почти все семьи пропавших подают заявления, но случаев, когда полиция действительно активно действует, очень мало. Если честно, людей, не доверяющих полиции, довольно много.

— Мама, помоги… – донесся из темноты ясный голос.

— Тацухико!

Она точно помнила, что закричала, но вырвался ли звук на самом деле, понять не могла.

Глаза Момои Тиэ распахнулись.

Сердце колотилось так, будто вот-вот проломит грудную клетку. Все тело было липким от холодного пота. Она дышала неглубоко и прерывисто. А в ушах, будто выжженный на пластинке, все еще звучал голос Тацухико.

Тиэ лежала на спине на диване, уставившись в белый потолок. Сквозь раздвижное окно в комнату мягко лился дневной свет, оставляя бледные тени в углах потолка и вокруг светильника. Мысль о том, который уже час, мелькнула и тут же погасла, а тело женщины словно придавило невидимой тяжестью, и возможности пошевелиться не осталось.

Она не помнила, чтобы ложилась вздремнуть. Не помнила, чтобы вообще ложилась на диван. Прокручивая в голове последние события, Тиэ вспомнила: у нее закружилась голова, и она буквально рухнула сюда.

Это было после утреннего звонка Фукунаги из «Поляриса».

Он сказал, что в организацию поступил анонимный звонок. Звонивший утверждал: Тацухико в последний раз видели не выходящим с работы; на самом деле его зафиксировала камера видеонаблюдения по дороге домой.

Тиэ не собиралась обманывать Фукунагу. Она просто молчала, потому что боялась: стоит сказать лишнее, и подозрения окончательно падут на сына. Когда она начала извиняться, Фукунага неожиданно добавил:

— Тацухико, похоже, попал в объектив камеры недалеко от своего дома.

Около 21:20, уточнил он. Сообщила об этом женщина по телефону. По его мнению, она могла быть одной из тех, с кем полиция уже общалась, например жительница того же дома или кто-то из соседей.