Книга Тайна последней ночи, страница 94 – Тошика Масаки

— Если не выполнить задачу текущего перерождения, душа будет снова и снова переживать одно и то же страдание. Разве не так?

Идзуми вспомнила. Да, там было что-то о повторяющихся несчастьях.

— Вы потеряли Тайки из-за несчастного случая. Хотите снова потерять его? Уже сейчас – и еще хуже из-за ваших собственных действий? Тогда вы будете повторять это вечно. Такой судьбы вы хотите?

Повторять снова и снова…

Каждый раз – по ее вине.

Идзуми стиснула зубы. Слезы застилали взгляд, но дыхание ребенка оставалось ровным.

— Госпожа Идзуми, – продолжал он. – Вы говорите, смерть – пустяк. Тогда сможете ли вы, завершив эту жизнь, сказать Тайки, что поступили правильно? Что это было достойно матери? Он обрадуется?

«Нужно остановиться, – сказал он. – Сейчас».

Идзуми знала это. Но знала ли на самом деле?

Она хотела еще один шанс. Всего один.

Но, может, все повторится снова…

— Идзуми-сан… Я хочу спросить у матери кое-что важное. Не только почему она умерла. Я хочу знать, была ли она счастлива.

Прозвучало слово «счастлива», и Тайки улыбнулся Идзуми в памяти.

Раздавались голоса:

— А мой шоколадный торт будет?

— Мам, смотри!

— Мама…

Нельзя допустить, чтобы он был несчастлив.

Идзуми открыла окно.

Их взгляды встретились. Ей показалось, что он плачет.

Он вошел, осторожно забрал у нее нож и наклонился над ребенком.

— Это моя вина! – закричала Идзуми. – Я была плохой матерью! Я сделала этот дом тесным! Поэтому он ушел той ночью!

Слушая себя, она поняла: ей всегда хотелось это сказать.

— Я так не думаю, – ответил он.

И Идзуми поняла: ей всегда хотелось услышать именно это.

— Это не ваша вина. Вы, возможно, узнаете правду. А может, нет. В любом случае это больно. Но, Идзуми-сан…

Когда он снова назвал ее по имени, она вдруг вспомнила: его зовут Мицуя.

— У тех, кого вы убили, тоже были матери.

За его спиной в окно влез еще один мужчина. На лестнице раздались шаги.

— У них тоже были матери, – повторил Мицуя.

Он подошел к ней. Слез не было, но он выглядел так, будто плачет.

И вдруг мужчина обнял ее.

Костюм был холодным – и почему-то теплым одновременно.

Сил у Идзуми не осталось. Без его рук она бы просто упала.

Два детектива появились ровно через неделю после похорон Момои Тацухико.

Его вдова Ноноко в это время жила в квартире матери в Маэбаси.

Хотя мать прежде настойчиво твердила, чтобы Ноноко ни за что не возвращалась в этот город, стоило ей узнать, что тело зятя найдено, как она тут же приехала, ловко организовала похороны и настояла, чтобы Ноноко с Ринтой какое-то время пожили у нее, чтобы укрыться от прессы. Ноноко не сопротивлялась: словно плывя по течению, она приехала к матери вместе с сыном.

Сейчас матери не было дома. Она ушла в магазин, взяв с собой Ринту. С тех пор как нашли тело мужа, Ноноко все чаще открывала для себя неожиданные стороны матери.

Убийцей оказалась Мацумото. Мацумото – мать того мальчика. Того самого… ее одноклассника, Мидзуно Тайки. Узнав это, Ноноко вспомнила его смущенную улыбку, с которой он обычно начинал: «А моя мама, знаешь…»

— Я задам вопрос еще раз, – с расстановкой произнес детектив по фамилии Мицуя, впиваясь в нее взглядом. – Как вы думаете, почему Мидзуно Тайки должен был умереть?

— Я не знаю.

Ноноко вспомнила: этот разговор у них уже был – слово в слово.