Книга Им придется умереть, страница 17 – Питер Джеймс

Рой Грейс приготовился схватить гонщика, если двое коллег потерпят неудачу. Велосипедист затормозил, когда инспектор показал ему удостоверение. Воинственно настроенный юноша лет восемнадцати-двадцати поднял жуткую маску и уставился на троих полицейских:

— Чего вам надо? Вы же меня остановили только потому, что я черный?

Прежде чем кто-то из сотрудников успел что-либо сказать, Рой Грейс шагнул вперед, показав собственное удостоверение.

— Мы, по-твоему, ясновидящие? – спросил он.

— Чего?

— Считаешь, мы ясновидящие?

— Ничего я не считаю. Вы меня остановили, потому что я черный. Вот что.

— Как тебя звать? – любезно осведомился Грейс.

— Дарий.

— Дарий… а дальше как?

— Ага, Дарий Как. Так меня и зовут. Дарий Как.

— Хорошо, Дарий, – кивнул Грейс. – Не подскажешь, как бы мы узнали, что ты черный, до того, как тебя остановили?

— Но вы же потому меня и остановили, – нахмурился велосипедист.

Грейс покачал головой:

— На тебе маска, куртка, застегнутая до горла, и перчатки. Да под всей этой одеждой ты б хоть марсианином был, мы бы и не узнали. Езда на велосипеде по тротуару является правонарушением, но мы задержали тебя не поэтому. Этническая принадлежность тут ни при чем, но уж коли разгуливаешь в такой жуткой маске, за нее мы обязаны остановить. Вечер еще ранний, не думаешь, что детишки испугаются, если увидят? – Грейс улыбнулся. – А ты выставляешь все так, как будто мы тут в масках. Мы же монстры, а с тобой все в порядке.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, Дарий, что меня волнует только одно: чтобы обычные люди могли ходить по улице – по любой улице, на свой выбор – без страха и без оглядки, не рискуя попасть под колеса чудищу на велосипеде. Я что, расист, раз этого хочу?

Дарий посмотрел на него, будто пытаясь взять в толк, к чему он ведет.

— Так, по-твоему? – настойчиво произнес Грейс. – Я не собираюсь тебя обыскивать или выписывать штраф за езду по тротуару или езду в темное время суток без фар, а ведь мог бы. Я отпущу тебя восвояси при одном условии.

— При условии?

— Да, при одном, – кивнул Грейс.

— И типа при каком?

— Когда приедешь, куда ты там собрался, передашь своим приятелям сообщение. Ты же передашь, Дарий?

— Что за сообщение?

— Что не все копы – скоты. Скажи им, что мы ведь и ваши копы тоже. Мы заботимся обо всех, независимо от цвета кожи, пола или веры. Скажи, пусть они доверяют нам и сотрудничают с полицией, чтобы сделать этот город лучше. Иди своей дорогой и передай им это сообщение. Скажи, что мы тебя не обыскивали и не выписывали штраф за езду по тротуару.

Дарий настороженно посмотрел на него, будто все еще ожидал подвоха.

— Передай им слова, которые мне часто мама говорила, – сказал Грейс.

— А?

— Мама мне часто говорила: «Если у тебя когда-нибудь будут неприятности, обратись к полицейскому».

— Даже и не мечтай, мать твою! – Парень опустил маску и помчался прочь, яростно крутя педали.

— Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь, – пожал плечами Грейс, повернувшись к коллегам.

— Десять баллов за попытку, босс, – похлопал его по спине Дэйви.

— И единица за результат, сэр, – добавил Хортон.

И вновь вся чудовищность того, с чем они боролись, это колоссальное культурное противоречие, поразило Роя Грейса.

Через миг Хортон наклонил голову, прислушиваясь к треску радио в нагрудном кармане.