Книга Им придется умереть, страница 188 – Питер Джеймс

28 мая, вторник

Ранее утром присяжные предположили, что судья будет подводить итоги несколько дней. На самом деле, как выяснила Мэг, прошло чуть меньше трех часов.

Это повергло ее в панику: к такому она не была готова. Она надеялась, у нее будет хотя бы ночь, чтобы изучить записи и подготовить аргументы для присяжных.

Погруженная в мрачные раздумья, она последовала за коллегами обратно в комнату присяжных и заняла место во главе стола. Усевшись, она решила, что лучше всего проявить настойчивость и немедленно взять ситуацию под контроль. Кроме того, нужно было выиграть время для размышлений.

— Поскольку сейчас обед, предлагаю сделать небольшой перерыв, – объявила она. – Нам предоставили сэндвичи и напитки. Давайте продолжим через полчаса, на ясную голову.

Предложение было встречено всеобщим одобрением, и, к ее облегчению, все разбрелись по кабинету. Мэг сразу же приступила к делу: просмотрела заметки и пронумеровала их в той последовательности, которая, по ее мнению, сработала бы – просто по наитию. Она давно забыла про усталость. Чем больше она читала свои записи, тем сильнее оживлялась.

Мэг поняла, что справится. Перед ней стоит не такая уж невыполнимая задача. Она наверняка сумеет это провернуть.

28 мая, вторник

Полчаса спустя, когда все собрались вместе, взяв себе чай, кофе и усевшись за стол, Мэг приступила к осуществлению первой части своего плана.

— Что ж, предлагаю нам всем записать на листочке свое первоначальное мнение по каждому пункту или по всем пунктам обвинения. Было бы полезно узнать позицию каждого, прежде чем мы начнем обсуждение. Пожалуйста, если вы еще не определились, так и укажите.

Все они послушно выполнили просьбу, положив на середину стола сложенные пополам листочки разного размера, которые затем передали ей. Они были в таком беспорядке, что Мэг не сразу смогла разобрать, кто что написал.

Подсказкой стал почерк; она знала наверняка, что Гарольд Траут проголосует за то, что подсудимый виновен, и на одном клочке бумаги как раз это и было нацарапано дрожащей старческой рукой. Неужто его?

Девять из десяти присяжных выжидательно смотрели на нее. Один же, странноватый Рори О’Брайен, сидевший на дальнем конце стола, просматривал стопку документов и строчил что-то в блокноте.

— Ладно, – сказала Мэг, – у нас пятеро за «виновен», трое не определились и двое за «невиновен».

— Мэг, – произнес Тоби устало, – а вы не скажете, что сами-то думаете?

Она решила блефовать.

— Исходя из всего услышанного, думаю, что он виновен.

— Но можете ли вы утверждать это с уверенностью? – пришел ей на помощь Хьюго Пинк.

Мэг сидела, делая вид, что размышляет над его словами, и напряженно соображала. Возможно, она победит, если сделает вид, что проиграла.

— Справедливое замечание, Хьюго. Я понимаю, почему вы так сказали, я сама с трудом это осознаю. Уверенность – это главное, самая суть. Достаточно ли у нас доказательств, чтобы быть уверенными в виновности подсудимого? – Она оглядела коллег-присяжных. – Предлагаю в интересах справедливости по отношению к обвиняемому и в соответствии с указаниями судьи рассмотреть все доказательства с обеих сторон.

— А нам это действительно нужно? – вставил Траут. – Этот человек бесспорно виновен. На мой взгляд, доказательства обвинения совершенно очевидны.