Книга Разрешаю умереть, страница 117 – Питер Джеймс

— Что?

— Счастье не в том, чтобы к чему-то стремиться, а в том, чтобы наслаждаться тем, что у тебя уже имеется.

— Как видишь, пока что я не могу назвать себя счастливым. Тебе повезло, у тебя идеальная жизнь, любимая женщина и замечательный ребенок. Можно лишь порадоваться. Так ты хочешь узнать, что произошло, или так и будешь читать мне треклятые нотации?

— Я весь внимание.

— Короче, в прошлое воскресенье мы с Иден поехали в Пэрэм-хаус. Прекрасно провели время, погуляли по территории, пообедали в кафе. Кстати, там неплохо кормят. Я хотел вернуться домой к началу бельгийского Гран-при, а потом прокатиться на велике, но Иден разнылась насчет наполнителя для кошачьего лотка – дескать, в субботу я забыл его купить.

— Ты и правда забыл?

— Не исключено, но слушай дальше.

Таквелл кивнул.

— В общем, Иден точно знает, что ей надо. Хочет заехать в «Теско Холмбуш», поскольку именно там продается наполнитель, устраивающий нашего идиотского кота. Ну, не знаю. Может, он мягкий, задницу не царапает, или что-то в этом роде.

— Или он дешевле других, – предположил Таквелл, аккуратно напомнив Найлу о его финансовом положении, но тот пропустил намек мимо ушей.

— Так или иначе, Иден говорит, что вернется через несколько минут. Но я-то знаю, что бывает, если она зашла в магазин. Сразу начинается – ой, надо докупить то да се и еще туалетной бумаги, и у нас осталось всего два банана, а пока я здесь, возьму-ка йогурт и масло, а еще заканчиваются помидоры и кошачий корм, ну и так далее. Думаю, твоя Шерил ведет себя точно так же.

— В магазине все ведут себя одинаково, – трезво рассудил Таквелл, – так что попрошу без стереотипов!

— Все, кроме меня. Я вошел и вышел – раз, и готово. Итак, воскресенье, дело к вечеру, я сижу в машине, Иден клянется и божится, что будет через пять минут, и я прикидываю, что на самом деле пять – это пятнадцать. Проходит двадцать. Затем двадцать пять. Гран-при скоро начнется, а магазин вот-вот закроют, и я начинаю злиться. Иду искать жену – а ее там нет. Как не бывало.

— Вернулась в машину? – предположил Таквелл, но Патерностер помотал головой.

— Я везде ее ищу. Ни следа. Звоню, пишу – безрезультатно. Пишу в «Вотсап» – ноль реакции. Однажды такое уже было, когда мы поссорились. Она встретила в магазине подругу, и та отвезла ее домой. В итоге я возвращаюсь, но дома ее тоже нет. Думаю, явится утром. Ничего подобного. Звоню в полицию. Приезжает наряд, и я сразу понимаю, что мне не верят. Затем объявляется какой-то крутой детектив и его прихвостень из отдела особо тяжких преступлений…

Найл умолк.

— А дальше? – спросил Таквелл.

— Судя по тому, как эти двое на меня смотрят и какие задают вопросы, они считают, что я в чем-то виноват. Ведут себя так, будто я лгу. Я с ума схожу от волнения, но им это до лампочки. Смотрю, не появлялась ли Иден в соцсетях – нет, не появлялась. А в понедельник вечером приезжает вся полицейская рать. Меня берут под стражу по подозрению в убийстве, а в доме кишмя кишат фараоны. Одному богу известно, что им наговорила мамаша Иден, особенно с учетом ее послужного списка. Она терпеть меня не может, вечно нос от меня воротит, ну да ладно. Наутро мне начинают вешать лапшу на уши – дескать, в тайнике нашли кольца Иден и ее паспорт, а в шкафу – ты не поверишь! – две упаковки треклятого наполнителя.