Книга Акулий король, страница 266 – Саша Хеллмейстер

Это нужно, нужно ради их же блага.

Она надеялась только на то, что не обманулась в чувствах Донни и правильно их расценила. Если риск не оправдается и он просто оставит ее в том пансионе и позабудет…

Лучше об этом не думать. Он ведь уже сказал, что она останется в его доме. Останется! Значит, он настроен серьезно, но вот насколько?

Какое-то время все трое работали молча: мяса и теста было много, лепить пришлось быстро, чтобы они не испортились. Шарлиз, устало утерев лоб запястьем и убрав с него выбившийся из узла темный локон, не заметила, как оставила на коже белый след от муки. Донни светло улыбнулся:

— Погоди-ка, ты испачкалась.

— Правда?

Он что-то добродушно пробубнил себе под нос – Шарлиз не поняла, что именно, итальянского она не знала, – и Алессия, быстро отряхнув руки, засобиралась.

— Куда ты? – растерялась Шарлиз, поглядев на подругу, но Донни немедленно повернул ее лицо к себе, придержав за подбородок, и, смочив салфетку водой, осторожно вытер муку со лба. – Алессия?

— Вспомнила, что дома нужно кое-что сделать, да, – ответила та, деловито сняв фартук.

Шарлиз вскинула брови:

— В каком смысле? Ты что же… а тортеллини? Тут их еще много.

— Вы вдвоем прекрасно и без меня справитесь, – отрезала Алессия и напоследок оглядела фронт работы. – Все, что уже налепили, накройте вот так, пленкой: это лучше сразу убрать в холодильник.

— Хорошо, хорошо, – проворчал Донни, снова взявшись за тесто. – Хватит уже нами командовать, или оставайся и работай вместе, или иди домой.

— Уж конечно, пойду! Я и так слишком засиделась. У меня и своя семья есть.

Шарлиз поняла: она хочет оставить их наедине! – и взволнованно отвернулась к окну. Ладони вспотели. Она знала, что сейчас последует тот разговор, который решит очень многое касаемо ее будущего. Тянуть больше нечего. Ей было жаль Донни: вчера он пережил большую утрату, но ничего не поделать.

Она должна была позаботиться о себе, потому что никто за последние несколько лет не делал этого, а человек, в которого она так сильно влюбилась, не дал ей никаких гарантий касаемо будущего.

Шарлиз понимала, что хочет слишком многого, но на меньшее согласиться боялась. Перед глазами все еще была Камилла: совсем не юная, но потрясающе красивая женщина, уязвленная ревностью к своему богатому любовнику. Шарлиз передернуло. Она будто увидела в ней собственное отражение – несчастная одинокая женщина, преследующая молодую конкурентку, чтобы не остаться ни с чем, – и, содрогнувшись, отмела все сомнения в сторону.

Попрощавшись, Алессия поцеловала Донни в щеку и нежно коснулась плеча Шарлиз. Ее девушка проводила ответным долгим взглядом: она будет скучать по Алессии… Наконец, они остались наедине.

Сначала дело продолжили молча, в уютной тишине; затем Донни сам завел ни к чему не обязывающий разговор. Он спросил Шарлиз, как та провела день, и рассказал о своем; после поинтересовался, выбрала ли его возлюбленная какую-нибудь книгу в библиотеке – «библиотеке его бывшей жены», – ревниво подумала Шарлиз, – и наконец, собрала ли вещи, чтобы перенести в спальню побольше. Шарлиз поняла: это лучшая возможность все сказать. Поколебавшись, она раскатала шарик из теста в ладони по деревянной доске и задумчиво произнесла:

— Я ничего не трогала, потому что хотела кое-что с тобой обсудить.