Книга Остров звезд, страница 100 – Анджей Ласки

Дверь приоткрылась, секунды замедлились. Что это за ужасный скрип – он всегда был, или я его просто не замечал? В проеме опять появилась лысая голова Боуи. Леннон кивнул.

И когда дверь, наконец, распахнулась на всю, я вскочил на ноги с такой скоростью, будто от этого зависела моя жизнь. Время вернуло движение, и вместо агента Боуи там появилась знакомая высокая фигура.

— Герберт! – я ахнул.

Аккуратная бородка, вьющиеся волосы и никакой скрывающей глаза кепки. Герберт Уэлш собственной персоной.

— Герберт Уэлш! Иисусик, твою мать! – я раскрыл объятия, широко улыбаясь. И стремительно направился в сторону почившего друга, чуть не снеся на пути агента Леннона. Тот вовремя успел отступить в сторону, иначе у него под глазом точно бы красовался синяк, который я так хотел ему поставить все это время.

— Я тоже рад тебя видеть, говнюк! – Герберт заключил меня в свои объятия.

— Герберт!

— Кейси!

— Я знал, что ты не умер! – меня переполняла безумная радость.

— Без тебя вряд ли! – лидер «Парка динозавров» был в своем стиле.

Мы обнимались, прихлопывая друг друга в объятиях.

— Ищи да обрящешь! – Герберт громогласно цитировал Библию.

А мне не привыкать к его издевкам. Я трепал и целовал его бороду. Довольно странная сцена, но как по другому-то?

— Ненавижу тебя, скотина! Так бы и дал в морду! – я почти задохнулся от обуявшего меня восторга.

— Фу! – Леннон, наконец, подал голос, – еще немного, и я буду думать, что вы на самом деле геи.

— Да пошел ты! – уверен, такого хора он не получал в свою сторону ни разу в жизни.

— Герберт!

— Кейси!

— Подожди, – я отпрянул от него. – а что это было там, на похоронах?

— Его последнее желание, – ответил Леннон за Герберта.

— Правда? – я посмотрел на Уэлша.

Герберт кивнул.

— Ты и правда идиот! – я кинул взгляд на агента, – а вы что, долбанные джинны?

— Последнее желание перед смертью. Пусть и ненастоящей, но воля умершего – закон. А ведь многие хотят побывать на собственных похоронах, чтобы услышать, что о нем думают. Майкл Джексон и тот не вытерпел искушения…

Я был в игре. Окончательно и бесповоротно. Я попал в Гордиев узел^[181], так ловко сплетенный вокруг меня. И сам не заметил. Не разрубить одним махом, все так перепуталось.

— Ты не должен был меня там видеть, – мне показалось, или во всегда уверенном тоне голоса Герберта проскочили нотки извинения?

— Это еще одна причина почему вы здесь, мистер Ретимски, – Леннон развел руками, – все пошло не совсем так, как мы планировали.

— Я заметил, – я ткнул пальцем в бетонную стену. – И что теперь?

— Теперь у вас есть выбор – вернуться к семье и молчать всю оставшуюся жизнь, или отправиться на покой, – Леннон расплылся в улыбке. Ему бы в руки весы, чертов Меркурий^[182], – и, конечно, последнее желание. Впрочем, только вы сами знаете где ваша настоящая семья.

Герберт молчал, накручивая бородку на палец.

Время шло. Хороший же мне предстояло сделать выбор. Впрочем, признаться, я его уже сделал в тот самый момент, когда на пороге появился Уэлш.

Внутри меня металось это скользкое чувство вины перед Синтией, Сэмом, перед парнями из группы, мистером Шортом, наконец. Я получу то, что хочу, а они? Холодное тело из морга, и треснувшую напополам жизнь – «до» и «после». И кому будет больнее? Я ли ищу для себя рая?