Книга Моя большая армянская (фиктивная) свадьба, страница 28 – Стелла Юсупова

— Барев дзес,- церемонно выступила красавица- армянка, как пава,- я уже была у вас на кухне. Там ваша бабушка и так наготовила кучу вкусностей для гостей. Небольшой стол мы с ней накрыли. Сейчас еще поднимем гата- это армянская выпечка, без которой невозможно представить ни одно застолье. А еще коньяк, конечно. Разумеется, Двин, который Черчилль пил со Сталиным.

Это гордость всех армян, хоть наш коньяк, как вы знаете, древнее и лучше даже французского.

— Не сомневаюсь,- смогла я вставить в ее монолог,- да, и еще. Нужно

обязательно жениху заготовить наполненный до краев стакан простой воды.

— Это от похмелья? - спросила бабушка с таким лицом, словно бы сейчас конспектировала то, что говорила эта Арпине,- нет, это для песни...

— Какой еще песни?- спросили мы с бабушкой в унисон.

Арпине обеспокоенно посмотрела на часы.

— Так, нам еще надо приготовить подарки для женщин со стоны жениха.

Тут мы тоже обо все позаботились, чтобы вас не напрягать. Все те, кто будет участвовать в обряде сборов тебя, должны получить по памятному презенту.

Я приобрела заранее красивые наборы от Сваровски. У нас такое любят...

— А бабушке, которая накормила всю вашу дивизию, подарок полагается в виде набора? - вставила свои три копейки ба. Бьюсь об заклад, что такое Сваровски она не знала, зато клюнула на красивую упаковку милых коробочек с цветочкам в цвет моего букета- с легкими вкраплениями нежного лавандового.

— Вам, бабушка, Армен приготовил особенный подарок!- воскликнула

Арпине,- но об этом позже. Короче, все по местам. Жених совсем скоро приедет!

-Так может ему набрать, чтобы мы не пропустили?- уже вскрикнула бабуля, заряжаясь всеобщим ажиотажем. Вокруг тут же начали суетиться, прибирая за собой и поправляя прическу моей ба, которую ей тоже, оказывается, успели уже соорудить.

— О, нет...- усмехнулась Арпине,- момент приезда точно не пропустить...

Всему городу...

На ее последних словах со стороны улицы я начала слышать нарастающий гул. Он усиливался и усиливался... Перерос почти в нескончаемое бибиканье. Такое громкое, что мне казалось, что разом в клаксоны жмут все машины на трассе!

Мои феи- крестные все разом бросились к окнам.

— Приехали!- громче и радостнее всех закричал стилистик,- обожаю армянские свадьбы! Самые веселые! Сейчас зурна и барабаны пойдут!

И правда!

В этот момент из заполонивших наш двор и все соседствующие с нами дворы машин стали выходить гости, а среди них- группа музыкантов, которая на всю нашу Ивановскую начала затягивать протяжную, и в то же время ритмичную мелодию.

— Это старинная армянская музыка,- гордо произнесла Арпине,-называется «ов, сирун сирун». Под нее у нас невест забирают из родного дома.

В ней грусть и надежда...

Мы невольно переглянулись с бабушкой...

— Сирун? - не смогла она не спросить в своем стиле,- это типа намек, что все же в родительском доме жилось получше и надо готовиться в самому, что называется, г...

— Нет, бабуля!- перебиваю я ее, пока она не докончила фразу в смертельно шовинистическом ключе, сама того не понимая, «сирун» по-армянски значит «красивая»!

— О, а Вы уже армянский начали учить?- восторженно восклицает

Арпине,- как же, наверное, рада ваша будущая свекровь!

А я и хотела бы возразить, что нет, дело просто в том, что я не первый год уже работаю с любвеобильными армянами, но не успеваю. Музыка становится нестерпимо громкой. Они у дверей.