Книга Купон на счастье. Пышка для командира, страница 11 – Амира Рэйн, Лекса Харт

Потупив взгляд, я отступила в сторону. Он вошёл, осторожно, будто боялся что-то сломать. Мы прошли в смотровую и он сразу бросил взгляд на неподвижно лежащего, но ровно дышащего Купона.

— Как он? — спросил Рома тихо.

— Всё нормально, — ответила я. — Жить будет. Лёгкие восстановятся, ещё пару дней надо будет походить сюда, чтобы врач послушал, проколол уколы, а потом можно на обычный режим перевести.

Рома выдохнул так отчётливо, будто ждал ответа затаив дыхание. Поставив пакет на стол, он вытащил сэндвичи и один протянул мне.

— Держи, — сказал он. — Правда они уже едва тёплые, извини.

Я взяла сэндвич, развернула бумагу, и в тот же миг аромат свежего хлеба и курицы ударил в нос с такой силой, что я непроизвольно зажмурилась.

Откусив первый кусочек, я с удовольствием отхлебнула кофе из стаканчика и поблагодарила Бога, что Роман оказался догадливым и не дал мне помереть с голода.

— А ты не изменилась, — вдруг сказал он.

Я замерла на мгновение, а потом чуть подняла голову и столкнулась с его заинтересованным взглядом.

— А должна была?

— Я не про то, — усмехнулся Роман. — Ты всё так же кусаешь губы, когда нервничаешь. И сэндвич ешь так, будто он у тебя последний.

Я покраснела и отложила надкушенную еду.

— А ты всё такой же наглый, — буркнула я, но беззлобно.

Рома засмеялся, и я, не удержавшись, улыбнулась ему в ответ.

А потом мы начали вспоминать былые времена и школу. Он рассказывал, как однажды на физре я запустила в него мячом и попала прямо в голову. Я сказала, что это случайно, а он ответил, что я целилась нарочно. Я рассмеялась и призналась, что да, целилась. Потому что он вечно ходил с невероятно важным видом. Рома притворно обиделся, но глаза его смеялись.

Я постепенно расслаблялась. Прошла скованность, прошла мысль о том, как я выгляжу. Мы говорили об учителях, о выпускном, о том, как кто-то разбил окно в кабинете химии. Я вдруг поймала себя на мысли, что получаю удовольствие от нашего разговора. Просто сидеть рядом и говорить с ним о пустяках, о том, что, в общем-то, уже не имеет значения, и при этом чувствовать себя живой.

И тут к нам в смотровую, цокая лапами по линолеуму, вошла Айра, а я только сейчас вспомнила, что забыла закрыть дверь в бокс. Малышка подошла к Роме, понюхала его ботинки, тявкнула тоненько и села рядом, задрав голову. Рома посмотрел на неё, потом на меня.

— На передержке? — спросил он.

Я вздохнула и тихонько пожаловалась:

— Нет. Хозяйка пришла усыплять. Сказала, агрессивная и ещё, что у неё аллергия на эту малышку. Ничего, конечно, у неё нет, просто игрушка надоела, а потом бросила поводок и ушла. Ну, а мне теперь её некуда девать.

Рома нахмурился, и я даже заметила, как плотно он стиснул зубы.

— Как можно бросить собаку? — спросил он негромко, но с такой злостью, что я вздрогнула.

Я опустила взгляд и погладила Айру по голове.

— Никто не берёт, — сказала я так же тихо. — Я уже всех знакомых обзвонила.

Рома посмотрел на щенка, потом на меня, потом снова на щенка. Злость прошла, а в его взгляде появилась решимость.

— Я могу помочь, — произнёс он уверенно. — Могу взять её к себе. Временно, пока хозяин не найдётся.

Я раскрыла рот, но слов, чтобы что-то ответить, просто не нашла.

Роман

Сам от себя не ожидал. Щенок в доме — это куча проблем. В лучшем случае он приучен к туалету на улице и знает пару базовых команд, но, как бы там ни было, ему нужно много нагрузки, чтобы не вредил в доме, а ведь и мою работу никто не отменял.