Книга Рецепт по ГОСТу. Полярная звезда Мишлен, страница 81 – Вадим Фарг, Ольга Риви

— Осторожнее, Лебедев, — хмыкнула я. Я аккуратно выкладывала икру на горячую рыбу. — Сшибёшь меня с ног своей массой. И кто тогда будет кормить комиссию?

— Я очень аккуратный медведь, — мягко ответил он. В его голосе звучала низкая хрипотца. Он перевернул последнюю порцию мяса. — Я тебя держу. Не упадёшь.

Двери снова распахнулись. Влетела Люся с пустыми руками.

— Стейки готовы⁈ — закричала она с порога. — Там Пал Палыч уже вилкой по столу стучит! Нервничает наш дворянин! А Гаврилов в телефон пялится, злой как цепная собака. Наверное, Волков со своим спецназом уже пробку проехал!

— Готово, Люся. Забирай горячее, — я пододвинула тарелки к краю раздачи. — И передай Пал Палычу, чтобы берёг нервы. Они ему сегодня ночью очень пригодятся.

Люся радостно подхватила поднос с мясом и умчалась кормить гостей.

На кухне наконец-то стало чуть тише. Основной поток сложных заказов закончился. Вася тяжело осел на деревянную табуретку в углу. Он налил воду в стакан и жадно выпил. Тётя Валя мирно гремела грязными кастрюлями в раковине. Она тихо напевала какую-то старую советскую песню про любовь.

Я положила металлический пинцет на стол. Сняла белый поварской колпак и провела рукой по влажным волосам. Спина немного гудела от напряжения. Ноги ныли после долгого стояния на кафельном полу. Но внутри было удивительно легко. Мы отлично справились. Мы накрыли врагам шикарный стол, пока полиция ехала их арестовывать. Наша ловушка захлопнулась.

Миша выключил плиту. Гул вытяжки стал тише. Он тщательно вытер руки чистым полотенцем и повернулся ко мне.

Его лицо блестело от пота после работы у открытого огня. В тёмных глазах плескалась теплота. Он сделал шаг и подошёл ко мне вплотную.

Он протянул свою руку мягко заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо. Его пальцы слегка коснулись моей горячей кожи.

— А ты неплохо справляешься с нашем ажиотажем, студентка, — произносит Миша и целует меня в висок.

Банкет был в самом разгаре. Сквозь приоткрытую дверь кухни доносился звон бокалов, громкий смех и обрывки чьих-то тостов. Я стояла у плиты и гипнотизировала духовку. Там томилась утка с яблоками. Ещё минута, и корочка превратится в уголёк. А я, бывший шеф-повар со звездой Мишлен, такого позора не переживу.

— Вишенка, отвлекись на секунду, — раздался над ухом низкий голос.

Я вздрогнула. Миша подошёл тихо. Я замерла на месте. Его новый костюм сидел так идеально, будто он родился прямо в нём, а не носил годами растянутый свитер.

— Не сейчас, Миш, — бросила я, не отрывая взгляда от утки. — У меня птица на грани жизни и смерти. Если передержу, случится провал. А я не привыкла проигрывать даже в мелочах.

— Птица подождёт. У меня для тебя кое-что есть.

Я скосила глаза. В его руках блестела бархатная коробочка. Моё сердце предательски ёкнуло. Но перфекционист внутри заорал благим матом.

— Миша! Какая секундочка? — я замахала полотенцем, отгоняя его от плиты. — Утка подгорает! Яблоки скоро превратятся в пюре. Иди в зал, развлекай гостей. Полковник Гаврилов там уже взглядом дырки в скатертях прожигает. А твой обожаемый Пал Палыч суетится так, что вот-вот взлетит под потолок. Ты же знаешь, я не могу отдать в зал испорченное блюдо. Это дело чести!

Миша тихо рассмеялся. Его совершенно не задела моя паника. Он привык к моим истерикам и легко гасил их своим спокойствием.