Книга Рагу для медведя, страница 49 – Вадим Фарг, Ольга Риви

— Мы вернёмся, — тихо сказал Миша за моей спиной. — Я обещаю. Мы вышвырнем их отсюда и устроим такой банкет.

— Я приготовлю им на прощание крысиный яд под соусом бешамель, — мрачно пообещала я.

Мы выскользнули через служебный вход во двор. Ночь была безлунной, хоть глаз выколи. Мороз тут же забрался под куртку.

Парковка для персонала находилась в отдалении, за хозяйственными постройками. Миша шёл быстро, бесшумно, как настоящий хищник, а я семенила следом, пытая поспевать за ним. Подойдя к машине, он распахнул пассажирское сидение.

— Садись, — скомандовал Миша, закидывая сумки назад.

Я с трудом забралась на высокое сидение, а Миша прыгнул за руль, вставил ключ в замок зажигания.

Двигатель натужно завыл, кашлянул, чихнул… и затих.

Я напряглась, вдруг вместе с запиской нам успели ещё и диверсию устроить.

— Миша… — мой голос предательски дрогнул. — Скажи мне, что это часть плана. Что она сейчас заведётся.

— Заведётся, — спокойно сказал он, хотя я видела, как напряглись его челюсти. — Она просто характер показывает. Как и ты.

Миша быстро метнулся к капоту, что-то проверил, посветив фонариком, вернулся за руль и снова повернул ключ.

Двигатель рявкнул, выплюнул облако сизого дыма и, наконец, заворчал ровным, низким басом. Вибрация пошла по всему кузову, отдаваясь в зубах.

— Живой! — Миша победно хлопнул по торпеде. — Держись, штурман. Сейчас будет трясти. Я знаю дорогу через старую просеку, на карты её не наносили лет тридцать.

— Я надеюсь, у тебя есть навигатор? — спросила я, пристёгиваясь.

— У меня есть карта в голове. Поехали.

Машина рванула с места, вырываясь с парковки в темноту ночи. Фары прорезали тьму, выхватывая заснеженные ели. Мы нырнули в лес, оставляя позади санаторий, свет в окнах и мою прошлую жизнь.

* * *

На крыльце санатория, кутаясь в меховое пальто, стоял Владимир Борисович. Он наблюдал, как вдалеке, за стеной деревьев, мелькнули и исчезли красные габаритные огни.

Он неспешно достал из кармана портсигар, вытащил сигарету и чиркнул дорогой зажигалкой. Огонёк на секунду осветил его лицо — спокойное, равнодушное, с лёгкой брезгливой улыбкой.

Он затянулся, выпустил струйку дыма в морозный воздух и достал телефон. Нажал быстрый набор.

— Да, — ответил он кому-то невидимому. — Они выехали. Как я и думал, пошли лесом. Старый японский внедорожник.

Пауза. Владимир стряхнул пепел прямо на ступеньки.

— Нет, не останавливать. Пусть отъедут подальше. Километров на пятьдесят, где связь не ловит. Выпускайте «гончих». И сделайте так, чтобы это выглядело как несчастный случай. Гололёд, лось на дороге, отказ тормозов… Мне плевать. Главное, чтобы документов не нашли. А девку… девку, если выживет, привезите мне. Она мне ещё должна.

Он отключил телефон, бросил окурок в сугроб и, насвистывая весёлый мотивчик, вернулся в тёплый холл санатория.

— Миша, мы сейчас перевернёмся! — заорала я, вцепляясь одной рукой в ручку над дверью, а второй схватилась за край сидения.

— Не перевернёмся, — спокойно отозвался Лебедев. Он крутил руль с таким видом, будто мы едем за хлебом в булочную, а не уходим от погони. — Центр тяжести низкий, резина злая. Держись, сейчас будет небольшая турбулентность.

— Небольшая⁈ — взвизгнула я, когда внедорожник подпрыгнул на кочке, и моя голова едва не встретилась с потолком. — У меня зубы стучат в ритме лезгинки!