Книга Рагу для медведя, страница 60 – Вадим Фарг, Ольга Риви

— Маскировка, —пояснил он, тщательно заляпывая цифры грязью. — Камеры на въезде фиксируют всё. Если Владимир пробил номера, нас засекут через минуту после пересечения МКАД. А так, они просто «нечитаемые знаки». Штраф пятьсот рублей, если остановят. Зато система «Поток» нас не увидит.

— Это незаконно! — возмутилась моя внутренняя законопослушная гражданка.

— Незаконно — это то, что они хотят сделать с нами, — жёстко ответил Миша, вытирая руки снегом. — А это выживание. Садись.

Мы влились в поток на МКАДе. Я вжалась в сиденье, ожидая, что нас сейчас остановят на каждом посту, но грязь работала. Никому не было дела до очередного грязного джипа.

— Куда едем? — спросил Миша, лавируя между рядами. — В гостиницу нельзя.

— Ко мне, — я назвала адрес. — Кутузовский проспект. Сталинка. Там двор закрытый, консьерж свой человек. Проскочим.

Миша удивлённо поднял бровь.

— К тебе? Рискуем. Они могут пасти твою квартиру.

— Вряд ли. Квартира оформлена на девичью фамилию матери. Я её не светила в документах по ресторану. Это моё убежище.

— Ну, веди.

Мы добрались до дома без приключений. Подземный паркинг. Когда мы вошли в квартиру, Миша застыл на пороге.

Он огляделся. Светлые стены, много дерева, мягкие пледы, книги, живые цветы, правда, слегка увядшие за время моего отсутствия. Система авто полива давно выработала свой ресурс

— Неожиданно, — хмыкнул он, ставя сумки на пол. — Я думал, тут будет филиал операционной. Или лаборатория безумного учёного. Всё белое, стерильное, хромированное. А тут… жить можно.

— Я оставляю работу на работе, — ответила я, снимая куртку. — Дома мне нужен уют, а не кафель.

— Уютно, — согласился он, проводя рукой по спинке дивана. — Даже носки разбросать жалко.

— Только попробуй, — пригрозила я, но улыбнулась.

Мы по очереди сходили в душ. Смыть с себя дорожную пыль, запах дешёвого мотеля и страх было физически необходимо. Когда я вышла из ванной в халате, Миша стоял у окна и смотрел на проспект.

В этот момент зазвонил мой телефон. Элина.

Я схватила трубку.

— Марин! Я в Москве! — её голос звенел напряжением. — Прилетела первым рейсом, Ярика оставила там. Не смогла сидеть и ждать.

— Эля! — я чуть не заплакала от облегчения. — Ты где? Мы в городе.

— Слушай внимательно. Владимир здесь. Он роет землю носом. Он знает, что ты вернулась или вот-вот вернёшься. Встречаемся завтра у меня в ресторане, в «Оливии». В десять утра. Но заходите через служебный вход, со двора. Ядам охране ваши фото. Парадный вход пасут.

— Поняла. Завтра в десять. Спасибо тебе, Эля.

Я положила трубку и посмотрела на Мишу.

— Завтра. В десять. В «Оливии».

— Значит, у нас есть вечер, — он подошёл и обнял меня. — Вечер передышки.

Я прижалась к нему. Было странно стоять с ним здесь, в моей московской квартире, где всё было пропитано моей прошлой жизнью.

— Жаль, что всё так, — тихо сказала я. — Я бы хотела показать тебе Москву. Свою Москву. Пройтись по Патрикам, посидеть в кофейне, показать тебе места, где я училась.

— Я жил здесь двенадцать лет назад, — задумчиво произнёс он. — Тогда я ещё был учёным. конференции. Вечно спешил куда-то. Всё бегом, всё на нервах. А потом… потом завертелось. Работа, беготня с санаторием, и стало не до того.

— Странно, да? — я подняла на него глаза. — Мы могли пересечься здесь сотню раз. В метро, на улице. А встретились в глуши, где медведей больше, чем людей.