Книга После развода. Счет за предательство, страница 48 – Ольга Риви, Лиа Таур

— Чёрт! — рявкнул Глеб. — Эти дегенераты решили нас просто снести с дороги!

Я вскрикнула и вжалась в сиденье, а сзади что-то зашуршало. Я обернулась и увидела Артёма. Наш свидетель сидел на заднем сиденье, сжавшись в комочек, и выглядел как испуганный школьник, которого везут на первую в жизни пересдачу по химии.

— Глеб, сделай что-нибудь! — закричала я, когда нас ударило второй раз, уже в правый бок. Машину занесло, шины истошно завизжали по мокрому асфальту.

Садальский в этот момент перестал быть уставшим адвокатом с вечными кругами под глазами. Он вообще не паниковал, скорее, выглядел так, будто эта погоня была частью его плана по выживанию.

— Пристегнись плотнее и не ори, — скомандовал он, переключая передачу. — Сейчас будет трясти.

Он нажал на газ, но не просто чтобы бежать. Глеб начал крутить рулём, делая серию странных, рваных маневров. Он использовал каждый изгиб дороги и каждую кочку. В какой-то момент он резко ударил по тормозам. Чёрный внедорожник, который летел за нами, не успел среагировать и по инерции пролетел вперёд.

— Сейчас! — выдохнул Глеб и крутанул руль на узкий съезд к старому мосту.

Мы пролетели через узкий проём, едва не задев бетонный отбойник. Преследователи были массивнее и неповоротливее. Раздался оглушительный скрежет металла и звон разбитого стекла, внедорожник с грохотом врезался в придорожную ограду.

Глеб даже не посмотрел в зеркало, чтобы проверить, живы ли они, он просто выжал педаль в пол, унося нас прочь из этого ада.

Мы ехали ещё минут пять в полной тишине. Только тяжёлое дыхание троих людей заполняло салон. Когда дорога выровнялась и впереди показались огни посёлка, Глеб резко затормозил у обочины.

Он выключил мотор, и тишина обрушилась на нас, как лавина.

Я медленно повернулась к нему. Глеб сидел неподвижно, глядя прямо перед собой. И только сейчас я заметила, что его руки на руле мелко-мелко трясутся. Это был тот самый отложенный адреналин, который он так умело прятал в судах.

— Господи… — прошептала я.

Я потянулась к нему и накрыла его ладонь своей, его кожа была ледяной. Глеб медленно повернул голову. В его глазах всё ещё плясали искры драйва, но появилась какая-то детская, почти беззащитная растерянность.

— Я… я просто ненавижу, когда портят мне машину, — попытался пошутить он, но голос сорвался и прозвучал хрипло.

Я не выдержала и коротко рассмеялась, хотя в глазах всё ещё стояли слёзы.

— Конечно. Весь этот кошмар был просто из-за вашего дорогого авто.

Я придвинулась ближе и обняла его, уткнувшись лбом в плечо. Глеб на секунду замер, а потом тяжело выдохнул и притянул меня к себе. Мы сидели так несколько минут, просто слушая дыхание друг друга. В этом не было никакой страсти, только потребность почувствовать, что мы всё ещё живы.

— Вы в порядке? — тихо спросил он, отстраняясь.

— Теперь да, — я улыбнулась. — Только кажется, что мой уровень стресса превысил все нормы. Мне срочно нужно что-то сладкое, или очень крепкое.

Глеб криво усмехнулся и наконец отпустил руль. Он потянулся к телефону.

— Знаете, Громова, я слишком долго играл в «честного юриста», — сказал он, набирая номер. — Пора достать из шкафа людей, которые не спрашивают имён и не пишут отчёты в прокуратуру.

— О ком вы? — я напряглась.

— О моих «теневых» безопасниках, — Глеб прижал телефон к уху, и голос снова стал стальным. — Алло, Марк. Мне нужны люди на трассе М-10. И подготовьте группу зачистки. Да, я знаю, что это дорого. Выпишите счёт моему клиенту. Нет, не Громовой, спишите с моего личного фонда «на экстренные случаи».