Книга С новым боссом по соседству, страница 32 – Ника Лисицына, Амира Рэйн

— Покажите, — тихо, но очень решительно сказала она.

Я заколебался. Не хотелось показывать, не хотелось пугать ее еще больше. Но, взглянув в ее глаза, я понял, что спорить бесполезно. Она не успокоится, пока не убедится собственными глазами, что все не так страшно, или, наоборот, насколько все серьезно. В этом было что-то материнское — это упрямое, бесстрашное желание увидеть рану, чтобы оценить ее и начать лечить.

Я сдался. Медленно, неохотно, снова развел полы рубашки, открывая взору на всю картину. Я стоял, глядя куда-то поверх ее головы, чувствуя себя уязвимым и беззащитным, как мальчишка. Но в этой уязвимости не было стыда. Было странное доверие.

Ее движение было осторожным, почти невесомым. Кончики ее пальцев коснулись кожи чуть выше синяка. Это было похоже на прикосновение бабочки, но для меня оно было как удар тока. Теплый, живой, сконцентрированный разряд, который пронзил всю мою больную, измученную плоть и ударил прямо в мозг.

Я не думал. Вообще. Мыслей не было. Был только этот взрывной импульс, который снес все преграды — боль, слабость, сомнения, служебную субординацию.

Моя рука сама накрыла ее запястье, которое она не успела отдернуть. Я не сжал сильно — я просто зафиксировал ее, заставив почувствовать мою хватку. И в следующее мгновение я притянул ее к себе. Не грубо, но стремительно и властно.

Катя ахнула, потеряв равновесие и прижалась к моей груди, а я поймал ее губы своими.

Это был не нежный поцелуй. Это был жадный, требовательный, почти отчаянный захват…

Я впился в ее губы, как в спасительный источник, чувствуя, как мое тело, забыв о боли, вспыхнуло одним сплошным желанием. И она… Она растаяла. На секунду. Ее тело обмякло в моих руках, губы ответили дрожащим, неуверенным, но отзывчивым поцелуем. Я почувствовал ее вкус и едва не застонал от наслаждения. От этого захватило дух. Я упивался этим ощущением ее капитуляции, ее отдачи.

Но эйфория длилась миг.

Внезапно ее тело напряглось, стало жестким и неподатливым в моих объятиях. Она резко отстранилась, буквально вырвалась, сделав шаг назад. Ее грудь вздымалась, дыхание сбилось. Я отпустил ее запястье.

Мы стояли, глядя друг на друга в тесном пространстве ванной. Ее взгляд был немного затуманенным, влажным от недавних слез, но теперь в нем читалась паника и осознание. Губы, распухшие от моего поцелуя, были приоткрыты. Она молчала и было в ее взгляде что-то странное...

Катерина

Он оказался слишком близко и мир сузился до точки соприкосновения наших губ. Они наконец встретились и это было… это было как цунами. Как долгожданный глоток воздуха. Я почувствовала себя на седьмом небе от счастья, готовая растаять, раствориться в этом мгновении, под его жаркими ладонями, под властью этого внезапного, дикого поцелуя. Все мое тело отозвалось на него трепетом, я ответила… Боже, я ответила!

Но…

В голове, словно сквозь туман, прорезалась отрезвляющая мысль: Что я творю?

Это было неправильно. Нечестно. Нельзя так.

Я напряглась, буквально окаменела в его руках и резко отстранилась, разорвав этот сладкий поцелуй.

— Зачем? — выдохнула я и голос мой прозвучал хрипло, словно чужой. — Зачем вы это сделали? У вас же есть… есть невеста.

Он не отступил. Наоборот, наклонился еще ближе, уперся горячим лбом в мой. Его дыхание, прерывистое и теплое, обжигало мою кожу. От его близости, от его запаха у меня все внутри сжалось в тугой, дрожащий комок желания. Мне физически тяжело было сдержаться, чтобы снова не прильнуть к нему.