Книга Писательница Эжелья, страница 147 – Доминика Патрина

Он отпустил мои губы и провёл большим пальцем там, где только что целовал.

— Мда. Кажется, я переборщил. Ты слишком нежная. Я слишком сильно напугал тебя.

Он сказал это с сожалением в голосе, но я не открыла глаз и не взглянула на него даже после этих слов. Было по-прежнему страшно. А вдруг это чудовище передумает. И от одной этой мысли слёзы снова хлынули.

Алисио держал мои плечи и стирал дорожки слёз, бегущие по щекам.

— Я же ничего не делаю, — прошептал он, наклонившись ко мне, и я ощущала его дыхание на коже. — Но ты понимаешь, моя девочка, если попробуешь снова сбежать, я тебя найду, куда бы ни скрылась, и тогда, возможно, уже не пожалею.

— Я не буду убегать. Не буду! — прошептала всхлипывая. Открыла глаза и, глядя в склонённое надо мной прекрасное лицо, повторила: — Больше не буду.

Глаза Алисио сощурились. Он выглядел довольным моими словами.

— Твой страх говорит мне, что ты всё поняла и тебе хватит, — сказал он, и все звуки прекратились.

Я пережила настоящий ужас. Мой папочка — монстр, и как же я хочу отомстить за свой страх!

— Эжелья, даже если бы я допустил что-то, сейчас у тебя астральное тело. Но следующие наказания будут уже с материальным телом, и ты ощутишь всё, чего нужно бояться. Поэтому не смей больше убегать. Можешь сказать, как ты ненавидишь меня, это можно, а убегать нельзя, — объяснял фей, относя меня к кровати.

Он положил меня на неё, а я выкрикнула:

— Я ненавижу тебя, ненавижу!

Алисио тут же прижал мои плечи руками, и я затрепыхалась изо всех сил.

— Я разрешил сказать это, но забыл предупредить, что моя реакция на такие слова может тебе совсем не понравиться, — сообщил он ледяным тоном и резко потянул меня за волосы, приподнимая и впиваясь мне в губы. Его жестокий горячий поцелуй терзал мой рот, а рука безжалостно держала волосы, не давая увернуться. Вторая рука лежала у меня на спине и нежно поглаживала. Словно успокаивая.

Я ощущала её, и эта двойственность заставляла мой разум метаться, а тело извиваться в его руках. Он прервал жестокий поцелуй но продолжал обнимать и осторожно поглаживать. Это успокаивающее касание возымело своё действие, и я постепенно успокоилась. Тогда он основа поцеловал но его поцелуй стал невесомым и лёгким. Нежным и ласковым. И он отпустил меня, когда я уже задыхалась и голова кружилась без воздуха.

Отец поднял меня и на миг задержал руки на моих плечах.

— Ты не представляешь, сколько сил требуется, чтобы сдержать себя и не продолжить то что начал, — проговорил он, и теперь в его голосе не было льда. Но потом темны фей уже привычным холодным тоном сказал, что в этом кружеве я выгляжу желанной и доступной.

— Мне нравится. Пора.

И тут же мы оказались в холле школы рядом с аркой. Я испытала смущение и стыд что меня увидят в таком виде. Ведь я практическая обнажена. Но всё было ещё хуже.

— Сюда. Напасть и пленить, но не убивать, — отдал фей кому-то распоряжения — это было похоже на то, как он указывал призракам. Неужели? Алисио привёл в школу приведения?!

Я угадала. Появилось целое полчище вышколенных им призраков, которые сразу разлетелись вокруг. Они возвращались с добычей, волоча то одного, то другого ученика. Учителя с кинжалами у горла гордо явились сами. Среди них были Армет, уставившийся на меня ошалевшим взглядом, и Рошир, тоже смотрящий на меня с непониманием. Собрались все — никто не смог скрыться от приведений, и ни у кого не оказалось заклинаний против подобной нечисти.