Книга Последняя из рода Жар-Птиц. На перепутье миров, страница 62 – Алекса Вулф

Я накинула на шею обжигающий горячими каплями оберег, а Иван, безошибочно угадав, что я снова не справлюсь сама, споро завязал узлы на шнурке.

Яга же не угомонилась. Откинув крышку одного из сундуков, вытащила оттуда длинный чёрный платок. Накинула мне на голову и прошипела:

— Волосы спрячь.

Я как могла закрыла все прядки и на лоб пониже натянула платок, не понимая, как это поможет скрыться от тех, кто видит саму душу, а не тело.

— Что бы ни увидела — молчи. Немой скажешься. А ты… — Жёлтые глаза сверкнули в сторону богатыря. — С задней двери выйдешь, за конём своим болтливым пригляди. Ни слова про Алёнушкину силу!

Иван метнулся было ко мне, но старуха огрела его по рукам.

— Прочь поди! Ко мне пришли за помощью, так слушайся!

Иван извинился передо мной взглядом и исчез во внезапно появившейся в избе маленькой двери, как раз напротив главного входа.

— А теперь, милая, да помогут нам боги.

В другое время я бы пошутила над иронией в словах ведьмы. Ведь помощь нужна была в защите от этих самых богов. Но сейчас было не до веселья.

Стоило последним словам Яги сорваться с сухих губ, как дверь избы резко распахнулась от мощного удара ураганного ветра. В избу влетел морозный иней, моментально осев на деревянных стенах, на лавке, на окнах и даже на печи.

А после, сквозь сумрак и густой белёсый туман, на пороге проступили очертания женской фигуры.

Невысокая стройная девушка с какой-то то ли косой, то ли серпом на посохе в руке, стояла на границе избы и не делала ни шага вперёд, ни полшага назад. Длинные чёрные волосы безжалостно трепал ветер, чёрные глаза на почти белом лице пугали непроглядной тьмой, а алые губы кривились в жуткой улыбке.

— Сколько вони, Яга. Разве так след встречать покровительницу свою?

— То не для тебя разведено, Мара, — проскрипела Яга, склонив голову перед гостьей. — Не ждали тебя, вот и травничали с ученицей. Не изволь гневаться, не со злым умыслом сия волшба.

Чёрные глаза остро метнулись ко мне, и я с трудом удержалась от желания тут же сорваться в позорный побег. Всё одно от Мары спасения не найти. Мне не нужно было пояснение жар-птицы или Яги, самой кожей чувствовала — на пороге ведьмовской избушки застыла сама древняя богиня.

— Ученица, говоришь. — Глаза гостьи хищно сощурились. — Давно ли ты, Яга, себе помощниц стала брать?

— Да вот на старости лет решила смену себе подготовить, — просипела ведьма, а Мара лишь хлёстко засмеялась.

— Это ты-то старая? Уж при мне бы не завиралась. Ты ещё не одно столетие небо коптить будешь.

— А всё одно с молодыми руками сподручнее, — возразила Яга. — Да и скуку развеет.

— Плохо ты врёшь, Яга. Ну да твоё дело. Ты мне лучше вот что скажи, не видала ли здесь деву с огненными волосами? Сказывают, в Гиблый лес она направилась.

Моя рука метнулась было к платку, но я вовремя себя одёрнула и лишь спрятала пальцы в складках юбки. Под пристальным взглядом богини было неуютно. Уж лучше бы согласилась на дне озера с русалками свадьбу внучки Водяного посмотреть, чем сидеть на лавке в избе Яги да молиться неведомо кому, лишь бы отвели от меня лихо.

— Не видала, — пожала плечами ведьма. — А в чём провинилась бедовая, коли сами боги за нею изволили следовать?

— То не твоего ума дело, — обрубила Ягу Мара. А после снова на меня взглянула так, будто до косточек проникла. — А что за девка у тебя в ученицах? Звать тебя как, травница?