Книга Принцесса Сарнгейта. Часть 2, страница 337 – Эльза Скарлетт

Всё, что принёс мне этот разговор – это лишь ещё большее убеждение в том, что я была верна в своих выводах и догадках, которые сделала ранее. Я не могу рассчитывать на многое, и никто не даст мне возможности выбирать самостоятельно.

— Лея, постой!

Корин догнал меня в тёмном коридоре, который вёл к портальным воротам, перехватив за локоть. Пришлось остановиться.

— Я вижу, ты расстроена. Но чем? – Тенебрей искренне не понимал моих чувств. – Думал, тебя обрадует решение короля. Мы с тётей немало приложили усилий, чтобы переубедить его.

Я обернулась и ладонью стёрла предательскую слезу, смотря снизу вверх на своего бывшего жениха.

У меня было правило – не показывать слабости ни перед кем. Я не хотела этого и сейчас, но так вышло. Чувства в этот раз взяли верх над характером.

Тенебрей тут же отпустил меня и отшатнулся.

— Да. Спасибо вам и королеве. Премного благодарна… Надеюсь, играть моей жизнью доставляет вам и вашим родственникам особое удовольствие, лорд Тенебрей. Жду завтрашнего дня и уповаю на милость и проведение, Ваше Сиятельство.

Некромант растерянно смотрел на меня. Мои слова его немало смутили, ведь я высказала правду, которую все понимали, но не произносили вслух.

— Лея… - сожаление и раскаяние в его глазах было не наигранным.

— Оставьте меня, лорд Тенебрей…

Через портальную арку я прошла сама, не став дожидаться остальных. Я хотела поскорей попасть в имение, так, чтобы меня не видели. Но, как назло, в коридоре адмиралтейства по пути встретила дядю. Может, будь я в другом состоянии, он бы даже не обратил на меня внимания. Теперь же грубо остановил за руку.

— А ну-ка, пойдём, поговорим, - решительно сказал фельдмаршал и потащил меня за собой в кабинет, минуя офицеров и солдат.

Захлопнув за нами дверь, он обернулся. Дядя был рассержен моим видом. А я едва могла сдерживать слёзы.

— Что случилось? – вопрос был задан таким тоном, будто он обвинял меня в чём-то.

И этот тон сильней полоснул меня по ущемленному самолюбию и ранам, причинённым болью от разочарования в самой себе, ревности и злости на всех вокруг за то, что могут себе позволить не прилагать сверхусилий чтобы что-то доказать и быть самими собой. И дыхание будто замерло.

Однако на смену печали и отчаянию мгновенно пришла ярость.

— Что случилось?! – сжав кулаки, переспросила я. – Вы задаёте мне этот вопрос, дядя, не так часто… Вы обещали моему отцу защищать меня. Но я прошу вас больше не делать этого… Боюсь, вы больше не можете этого делать… Вы, мужчины, привыкли относиться к нам, женщинам, как к собственности, не учитывая наше мнение и чувства! Для вас я тоже в какой-то момент стала инструментом, который не всегда делает так, как вы этого хотите?

Дядя поменялся в лице.

— Вы отошли от своих обязанностей опекуна и дали возможность понять, что, отстаивая своё мнение, я ничего не поменяю, что мне стоит задуматься и смириться со своей участью. Дали возможность почувствовать себя ничтожной перед мужчинами и вашими решениями!.. А сегодня король снова поменял своё мнение! – я даже усмехнулась в иронии, разводя руки и показывая, насколько обескуражена этим. - Снова бросил «кость надежды» не потерять себя и свою свободу выбора!.. Только свободу снова мнимую…

— Вы спрашиваете: «Что случилось?»… Я отвечу: ровным счётом ничего существенного для всех вас!.. Что такое женщина?! - Ничто! Так что могло случиться с «ничем»?.. Ничего!