Книга Принцесса Сарнгейта. Часть 1, страница 277 – Эльза Скарлетт

В «Столичных фактах», типографию которой поддерживал парламент большого совета гильдий и дополнительно спонсировала гильдия торговцев, на первой полосе было написано: «Что не смогла маркиза, сделала герцогиня! Браво, леди Хардин!». Тут уже Лея была изображена в танцевальном костюме и в страстной позе в объятиях Фариэля Феррале. Журналист вовсю восхищался герцогиней, расхваливая её поступок на балу и смелый характер на все лады. Зато прошёлся «грязной метлой» по маркизе Суилинь Брионир и частично по моей персоне.

Шок у меня вызвала народная газета «Из народа – к народу», которую король приказывал закрыть несколько раз. Их типографии были мелкими и раскиданными по всей столице, причём весьма искусно скрывались. Периодически дневная стража находила и громила их цеха, но они, как легендарные фениксы, возрождались снова… И снова публиковали свою периодику, что распространялась за медяк среди черни. Газета была популярна из-за низкой стоимости и свободомыслия. Заголовок здесь был ещё более дерзким: «Аристократка из народа! Долой титулы и маски!». Лею изобразили как богиню правосудия во всё том же танцевальном костюме и с факелом в руке. Вся газета, всего в две страницы, была посвящена герцогине, которая, несмотря на титул и присутствие королевской четы, не побоялась исполнить танго, продемонстрировав непокорность устоям королевства. Принцессу, маркизу Брионир и меня редактор этой многотиражки поносил так, что казалось, больше не отмыться вовек.

На фоне расторгнутой помолвки журналист опять же восхвалял Лею как символ перемен и новых веяний в высших слоях общества. Упомянул её ум и талант артефактора, смелость в решении участвовать в магических играх, процветающее экономическое положение герцогства Хардин. В довершение делался вывод, что именно такой должна быть власть в королевстве, и герцогиня оказалась ближе к народу, чем все аристократы королевского двора в целом.

Остальные газетёнки я даже не стал смотреть. Хватило и этих, чтобы уловить общий настрой.

— Теперь понимаешь, насколько вы с Патрисией всё испоганили? – едко спросил король. – Почему ты не просчитал риски! – дядя вышел из себя и повысил-таки на меня голос.

— Всё изначально пошло не по плану, ваше Величество, - пришлось признать мне. – Истед сообщил, что Патрисия привела на бал маркиза динэ Эрвиля. Если бы я не уделил время принцессе, то не смог бы приблизиться и к нему. Вы знаете, насколько он осторожен и избегает общества меня и Истеда. Только Патрисия могла свести его со мной и вывести на откровенность, а для этого мне пришлось завладеть её вниманием. Не могли мы с Инголиром потерять такой шанс. Мне жаль, что кузина увлечена мной, а не кем-то другим.

Король махнул расстроенно рукой, то ли признавая, то ли не признавая моих доводов, и снова отвернулся к окну.

— Как бы то ни было, ты не учёл ревнивого женского характера. Далеко тебе ещё до отца… А на будущее уясни: никогда не задевай чувств женщины, которая нравится или любима тобой. Это оборачивается бόльшими проблемами, чем кажется. – Щека монарха дёрнулась в нервном тике. – Ваша с Истедом идея стала причиной бόльших бед, чем того хотелось. К тому же оказалось, что у герцогини какая-то защита на воспоминания была, которая так не вовремя разрушилась. Весь наш выверенный, многоходовый план теперь летит к троллям в… - Король замолчал, возмущённо фыркнув. - В общем, не знаю, что у тебя происходит с Лейяной Хардин, но реши вопрос, Корин! - потребовал он. – И как можно быстрей! Сам понимаешь, насколько это теперь важно в свете народной «любви» и популярности к дочери Нориса. Иначе мне придётся искать другое решение. Вплоть до того, как выдать её замуж за Истеда или даже Бентана.