Книга Невеста лисьего клана, страница 63 – Мира Аллен

Шёпот отступил. Айко выдохнула. Юна наблюдала с явным интересом.

— Как странно. Люди закрывают трещины словами.

— А вы открываете их ядом, — ответила Айко.

— Я лишь показываю слабые места.

— Нет. Вы давите туда, где больно, и называете это мудростью.

Лицо Юны стало холоднее.

— Осторожнее.

— Договор, — напомнила Айко. — До следующего заката вы не называете меня ключом, невестой или собственностью. Но я тоже внимательно слушала. Нигде не сказано, что я не могу называть вас неприятной.

Рина издала сдавленный звук. Сота тихо сказал:

— Я горжусь тобой.

Юна шагнула ещё ближе, но в этот момент по двору прошёл золотой свет. Дверь архива открылась. Рэн вышел первым. Он выглядел бледным. Очень. В руке держал тонкую деревянную дощечку с выжженными знаками. За ним шла Мэйра. Лицо у неё оставалось спокойным, но губы были сжаты. Юны рядом с ними не было, и Айко только теперь поняла: та, кто стояла перед ними, была чем-то вроде её отголоска или двойника.

Юна у скамьи улыбнулась и растворилась серым дымом. Сота выругался.

— Опять ненастоящая.

Рэн подошёл быстро.

— Что она сказала?

Айко покачала головой.

— Потом.

Он посмотрел на её лицо, потом на Соту, потом на Рину. Понял, что было плохо. Но не стал спрашивать при всех.

— Мы уходим, — сказал он.

Отец Рэна поднялся.

— Час ещё не закончился.

— Закончен для нас.

— Ты нашёл способ?

Рэн сжал дощечку.

— Нашёл начало.

— Этого мало.

— Тогда не мешайте искать дальше.

Отец посмотрел на Мэйру.

— Что он взял?

— Запись о добровольной связке, — ответила она.

Юна, настоящая, вышла из галереи следом и резко повернулась к Мэйре.

— Ты позволила?

— Я была надзором. Я видела, что запись относится к делу.

— Эта запись запрещена.

— Тогда хранителю стоило запереть её лучше.

Айко вдруг захотелось улыбнуться. Мэйра говорила спокойно, но это спокойствие било точнее любого вызова.

Отец Рэна сказал:

— Добровольная связка невозможна между человеком и наследником Кицунэ.

— Уже возможна, — ответил Рэн.

Тишина стала острой. Айко почувствовала, как все взгляды снова падают на красную нить. Рэн повернулся к ней.

— Пойдём.

— Что за добровольная связка? — спросила она.

— Не здесь.

— Это касается меня?

— Да.

— Тогда ты объяснишь.

— Да.

Он протянул руку. Не схватил. Не приказал. Просто протянул.

Айко посмотрела на его ладонь. За спиной стояли Сота и Рина. Впереди — двор клана, отец Рэна, Юна, Мэйра, маски. Если она возьмёт его руку, все увидят. Если не возьмёт — тоже увидят.

Рэн ждал. Не торопил.

Айко вложила пальцы в его ладонь сама.

Красная нить вспыхнула, но уже не резко, не больно. Она обвилась вокруг их запястий мягким алым светом.

По рядам масок прошёл шёпот. На этот раз Айко не испугалась. Рэн сжал её руку. Сота и Рина встали рядом. Они пошли к воротам вместе.

У самой завесы Мэйра вдруг сказала:

— Айко Морита.

Айко остановилась. Рэн напрягся. Мэйра смотрела на неё спокойно.

— Если хочешь выжить после второго замка, не позволяй им убедить тебя, что любовь и долг — одно и то же.

Айко не сразу нашла ответ.

— Вы говорите о Рэне?

Мэйра едва заметно улыбнулась.

— Я говорю о себе.

Рэн молчал. Айко посмотрела на Мэйру иначе. Не как на соперницу. Как на девушку, которую тоже пытались поставить в чужую историю без права выбрать финал.

— Спасибо, — сказала Айко.