Книга Хозяйка Фамильяров, страница 9 – Тори Блэквуд

Пауза. Долгая. Очень, очень долгая.

Я слышала, как тикают часы на плите. Как барабанит дождь за окном. Как где-то на улице проехала машина. И всё это сквозь оглушительный звон в ушах.

— Что? — мой голос прозвучал почти писком.

— Ты слышала меня, Мира Вэнь.

Он впервые произнёс моё имя. И от этого стало ещё более жутко. Его янтарные глаза впились в мои, и я не могла отвести взгляд.

— Моему виду нужна сексуальная энергия для подпитки магического резерва. Без неё я не могу колдовать, не могу летать, не могу принять истинную форму. Без неё мой резерв иссякнет, и я умру. Мне нужно, чтобы ты испытала оргазм. Желательно много раз.

Тишина.

А потом я сделала единственное, что могла сделать в этой ситуации.

Я рассмеялась.

Истерически. Взахлёб. До слёз. Я хохотала так, что заболели рёбра, и слёзы потекли по щекам, и я едва не свалилась со стула.

— Господи, — простонала я, вытирая глаза, — я точно сплю. Или сошла с ума. Или это какой-то дурацкий розыгрыш. Элли, это ты? Вы с деканом решили меня разыграть? Подсунули магическую ящерицу с телепатией, чтобы посмотреть, как я отреагирую?

Дракон, или тот, кто им себя называл, смотрел на меня с выражением оскорблённого достоинства. Если бы у него были брови, он бы их приподнял. Если бы у него были руки, он бы их скрестил на груди.

— Я не шучу, — холодно произнёс он. — И я не розыгрыш. Я умираю, Мира Вэнь. Медленно. Мучительно. Мой резерв тает с каждым часом. Та энергия, которую я накопил за пятьсот лет сна, почти иссякла. Если я не получу подпитку в ближайшие дни, я превращусь в безмозглую рептилию, уже по-настоящему. А потом умру.

Я перестала смеяться.

— Пятьсот лет? — прошептала я.

— Пятьсот. Я уснул, когда магия этого мира начала угасать. Я думал, что пережду. Что она восстановится. Но что-то пошло не так.

Он опустил голову.

— Когда я проснулся, мир был почти пуст. Магии крохи. Драконов ни одного. Я последний.

Он не добавил «наверное», но это слово повисло в воздухе.

Я молча смотрела на него. На крошечного ящера с переломанной лапкой и изодранными крыльями. На существо, которое утверждало, что оно древний дракон. На его потускневшую чешую и угасающие глаза.

И я ему верила.

Не потому, что он был убедителен. Не потому, что у меня были доказательства. А потому, что в его голосе, мысленном, низком, обволакивающем, звучало что-то настоящее. Боль. Одиночество. И отчаянная, горькая гордость, которая не позволяла ему просить, даже когда он умирал.

— Ладно, — сказала я тихо. — Допустим. Допустим, ты дракон. Допустим, тебе нужна эта энергия.

Я запнулась, чувствуя, как краска заливает щёки.

— Но почему я? Почему не кто-то другой? Я... я не подхожу для такого. У меня даже парня нет. И опыта почти нет. И вообще...

— У тебя есть магия, — перебил он. — Слабая, но есть. И ты женщина. Драконы питаются только женской энергией. Мужская для нас бесполезна. Ты единственный доступный мне источник в радиусе...

Он прикрыл глаза, словно сканируя пространство.

— ...примерно пятидесяти километров. В этом городе почти нет магически одарённых женщин детородного возраста.

— Детородного?! — взвизгнула я.

— Это технический термин, — отмахнулся он. — Не зацикливайся.

Я снова засмеялась. На этот раз нервно, коротко.

— Ты хочешь, чтобы я... при тебе... ради твоего выживания...