Книга Рассвет Элларии, страница 125 – Джулия Фокс

— Он не имел права давить тебя, — сорванным шёпотом процедил он, и его пальцы осторожно очертили линию моей челюсти. — На коленях сегодня остался он, а не ты.

На моих губах сама собой расцвела дерзкая улыбка.

— И ты пришёл за наградой? — тихо шепнула я, обвивая руками его шею и чувствуя, как под моими пальцами бешено бьётся его пульс.

Лео прищурился, в его глазах промелькнула азартная искра.

— Очевидно.

Он не стал ждать, пока я начну возмущаться его наглости. Лео уверенно перехватил меня за талию, легко приподнимая и плотнее вжимая лопатками в стеллаж, отчего несколько старых книг с шорохом сдвинулись на полках. Его руки, сильные и горячие, скользнули мне на поясницу, грубовато сминая тонкую ткань рубашки и притягивая мой таз вплотную к своему.

На этот раз его поцелуй был совершенно другим — медленным, тягучим, ошеломляюще глубоким и полным такой сокрушительной нежности, что у меня окончательно подкосились колени. Он бережно, но настойчиво раскрыл мои губы, сплетая наши языки, заставляя меня заново переживать каждую секунду сегодняшнего безумия. Его пальцы зарылись глубоко в мои распущенные волосы, удерживая за затылок и полностью подчиняя себе мои движения. Я судорожно вздыхала ему в губы, а ладонь Лео скользила выше, очерчивая изгиб позвоночника к шее. Каждое прикосновение к чувствительной коже заставляло меня лишь крепче цепляться за его плечи, растворяясь в моменте.

Но он снова неохотно отстранился, и его янтарные глаза, ещё недавно горевшие слепой яростью, смотрели на меня с такой непривычной, обнажённой мягкостью.

— Я люблю тебя, — тихо, но удивительно твёрдо произнёс он, глядя мне прямо в душу.

Внутри всё перевернулось.

— Я знаю, — выдохнула я тихо и уткнулась носом в его шею, чтобы спрятать накатившие эмоции.

Лео ласково зарылся лицом в мои волосы, оставляя невесомые поцелуи на макушке и виске. Его ладони продолжали согревать мою спину, медленно поглаживая. В его неторопливых, бережных движениях не осталось и следа от недавней агрессии — только отчаянное желание защитить и удержать рядом.

— Мне пора идти, — глухо разорвал он тишину. — Моя самодеятельность сильно взбесила Совет. По сути, я сорвал им весь дипломатический приём. Меня заперли, и будет очень плохо, если гвардейцы заметят мою пропажу.

Он разжал пальцы, в последний раз нежно проведя ладонью по моей щеке, и сделал шаг назад.

— Береги себя.

Прежде чем я успела что-то ответить, его фигура бесшумно растворилась в полумраке дверного проёма.

Я думал, что встреча с Даниэллой принесёт мне покой, но этого не случилось.

У входа в казарменный сектор дежурили двое Жнецов. По тому, как судорожно они перехватывали рукояти призванных клейморов, то и дело оглядывая пустые переходы, было ясно: после сегодняшнего представления на арене Совет наверняка поднял на уши половину Ордена.

Я остановился в тени массивной колоннады и прикрыл глаза, стараясь выровнять дыхание и унять внутреннюю дрожь. Пустота лениво шевельнулась, чутко откликаясь на моё намерение. Секунда — и по противоположному коридору скользнул знакомый теневой силуэт, моя точная копия, сотканная из сумрака.

— Эй! — мгновенно окликнул ложную цель один из караульных.

Оба Жнеца одновременно развернулись в сторону западного перехода, поднимая оружие и вглядываясь в темноту. Этого секундного замешательства мне хватило с избытком. Я бесшумно проскользнул вдоль шершавой стены, буквально растворяясь в густых тенях, и через несколько мгновений уже закрывал за собой дверь собственной комнаты.