Книга Рассвет Элларии, страница 182 – Джулия Фокс

— Нашёл?

— Да.

— И что чувствуешь?

Киллиан выдержал паузу.

— Облегчение. Богов всё-таки не существует.

Линора рассыпчато рассмеялась, качнув головой.

— Нет. Ты испытываешь удовлетворение. Всю жизнь ты хотел оказаться прав. Даже больше, чем хотел спасти кого-либо.

— Это неправда, — ровно отчеканил Киллиан.

— Правда. Но ты удивительный человек. Умный настолько, что порой даже мне становилось любопытно наблюдать за твоими открытиями.

Она сделала шаг к нему вплотную, заставив Киллиана вскинуть подбородок, чтобы дыхания не пересеклись. Он резко, предостерегающе выставил ладонь за спину — короткий приказ нам с Каином отступать. Нападения не будет? Но почему?

Мы синхронно попятились, пытаясь уйти в тень стеллажей, но Линора, не поворачивая головы, взглянула на нас. На плечи сразу обрушилась колоссальная тяжесть, от которой ноги перестали слушаться. Сила была неодолимой — нас лишили возможности сделать даже вздох. Оставалось только наблюдать и выжидать.

— Но есть одна беда. Ты слишком любишь собственную роль. Считаешь себя главным героем.

Скулы Киллиана обтянулись, челюсти сжались так сильно, что на коже проступили белые пятна.

— Это не так...

— Нет, — Линора перебила его, возвращая внимание к его глазам, и её музыкальный голос стал пронизывающим. — Дай угадаю: ты хочешь назвать это ответственностью или искуплением? Я называю иначе. Нарциссизм.

Киллиан даже не моргнул, выдерживая её взгляд.

— Смелое заявление. Я никогда...

— ...не стремился к власти? Верю. Не мечтал о славе? Тоже верю. Но ты всегда был убежден, что именно твои решения определят судьбу.

— Кто-то ведь должен принимать решения, — сквозь зубы выдохнул Киллиан.

— Почему именно ты?

— Потому что остальные не знают того, что знаю я.

— Вот именно. Поставил себя в центр мира. Посмотри, как красиво устроена твоя жизнь: ты первым понял природу душ, ты первым вычислил мои планы, ты первым решил, что обязан остановить Бога. Не кажется ли тебе, что в этой истории слишком много тебя?

— Если бы я ошибался, меня бы здесь не было.

— Ты здесь только потому, что я позволила тебе сюда прийти. Выжить в лесу. Как поживает мой змеёныш?

Лицо Киллиана дрогнуло. Тень замешательства подвела его, и в тишине заминка показалась оглушительной. Линора издала расслабленный смешок, и давление на нас с Каином вдруг ослабло. Он среагировал первым — увлёк меня за собой в глубь книжного прохода. По его вискам катился пот, а ладонь на моём плече крупно дрожала. Он показал глазами на витражи, потом на лаз за дальними полками. Я качнула головой и указала на дверной проём: там, отрезая пути к бегству, ворочались сгустки Пустоты. Нас явно отпустили только потому, что Линора закрыла пути отступления и сосредоточилась на беседе. Каин глухо выругался сквозь зубы. Мы были в ловушке. Я обернулась.

— Вот, — улыбка Линоры обнажила ровный ряд зубов. Она в упор глядела на Киллиана. — Именно поэтому твои прекрасные планы в итоге с треском ломаются. И именно поэтому ты чуть не разрушил мир. По своей воле, конечно же.

Из полумрака я видела, как они похожи: судьба и холодный расчёт. Два фанатичных разума сошлись в мертвой хватке. А посреди чужого поля боя, связанные по рукам и ногам, стояли мы. Киллиан не спешил отвечать на этот высокомерный монолог.