Книга ...штопаем ранения души, страница 25 – Александр Горохов

— В чём нужна наша помощь?

Разглагольствовать, грохоча «правильными» лозунгами не стал: незачем агитировать человека, знающего все эти формулировки даже лучше меня. Да и время у руководителя такого уровня вовсе не резиновое.

— Просто известить сотрудников о том, что будет такое мероприятие, на которое желательно прийти с фотографиями родных-фронтовиков, погибших или уже умерших. Ну, и развесить с десяток отпечатанных на машинке коротких объявлений о нём по посёлку, в самых людных местах.

Просить что-то ещё? Нет смысла. Сотрудники колонии и так будут задействованы в митинге у памятника погибшим односельчанам. Включая духовой оркестр. Шествие с фотографиями? Да негде особо в Нижнем Атляне шествовать. Прошествуют школяры от школы до Городка. С Шихуцким мы это тоже уже обговорили. И даже утвердили, кто будет идти в голове колонны с магнитофоном, играющим песни о Победе и вообще песни военных лет.

Я очень возражал против включения «режима обязаловки». По этому поводу даже пришлось спорить с Владимиром Андреевичем и завучем Светланой Петровной Масловой.

— Понимаете, приказав прийти всем, мы только отобьём у ребят желание ходить на это мероприятие. А нам надо добиться обратного: чтобы они на следующих год пошли сами. Чтобы у них появилась душевная потребность проявить уважение к тем, кто воевал за Родину. По сценарию и так запланировано, что младшеклассники должны возлагать цветы к памятнику и дарить их кому-то из фронтовиков. Так пусть они нарвут ещё и цветочков для других. Даже самых простеньких, одуванчиков, медуниц, «барашков». Какие найдут. Главное — чтобы ребята почувствовали благодарность от ветеранов за этот самый непритязательный знак внимания. А после митинга можно вернуться к школе и устроить «маёвку». Нет ведь никакой проблемы просто заварить в школьной столовой пару больших кастрюль с чаем.

Спорили, наверное, с полчаса. Пришлось даже упоминать генерала Судоплатова, которого я «назначил» инициатором этой акции.

— Павел Анатольевич настаивал именно на воспитательной роли этого мероприятия, на том, чтобы всё происходило добровольно. В этом году придёт по пять-шесть человек из класса, и если им понравится, то на следующий год участвовать будет вдвое больше. И ветеранов станут уважать, а не проклинать за то, что из-за них приходится «терять» выходной день.

— Ну, ты, Миша, скажешь! «Проклинать»…

— Может быть, и перегнул с этим словом. Может, лучше подошло бы выражение «относиться равнодушно». Светлана Петровна, посмотрите правде в глаза. Ветеранов Войны ещё достаточно много, никому даже в голову не приходит, что их с каждым годом становится всё меньше и меньше. Просто вспомните, как неохотно ваша дочь Лена в выходные откликается на необходимость участия в какой-нибудь «обязаловке». А ваши девочки, Владимир Андреевич? Я ведь уверен, что и они корчат кислые лица, когда вы их куда-нибудь тянете в выходной. И это они. А если взять кого-то из семей попроще, да ещё из «проблемных» семей? Я просто уверен в том, что ребята прибегут именно ради «маёвки». И «под эту лавочку» мы им будем прививать желание проявить уважение к ветеранам. Как живым, так и уже умершим.

— Откуда, Миша, в тебе столько цинизма?

— Это, Владимир Андреевич, не цинизм, а политика. Хоть про неё уже и применяют газетный штамп «политика — дело грязное», но это не так. Политика — дело именно циничное, иногда требующее добиваться поставленных задач, не афишируя истинных целей тех или иных шагов.