Книга Пуля многое переворачивает в голове, страница 99 – Александр Горохов

У «Мальвины»-Ирины сейчас начались прогулки с Резуновым, но, насколько я помню, надолго это не затянется. А Любка… Пытается «склеить» меня, но как-то вяло, скорее, как не очень-то ей и необходимый «запасной вариант». Судя по её поведению, она не прочь бы закрутить с «первым парнем на деревне», красавчиком Олежкой, да вот с подругой не хочет ссориться. А я… Салабон я в её представлении, совершенно бесперспективный салабон.

Посидели большой (для размеров моего домишки) компанией, послушали музычку. Я «расщедрился» поставить катушку с новинкой, только-только вышедшим на Западе концертом «Бони М» «Полуночный полёт к Венере». На вопрос, откуда у меня такой свежачок, только загадочно улыбнулся и отделался фразой «места надо знать». «Полёт…» же зашёл «на ура», парни тут же «упали на хвост» с просьбами переписать: популярность германо-карибской группы в СССР в это время просто зашкаливает, а концерт действительно «забойный». Договорились провернуть дело в первую неделю сентября: посиделки-то состоялись 29-го, перед моим отъездом на Зелёную Рощу.

Черникова (на 99,9% уверен в том, что сплетню про наши «неплатонические» отношения с Муртазаевой запустила она) в присутствии Олега не рискнула нарываться на новый скандал и доставать меня комментариями о наших отношениях с «моей Раечкой». Даже не изображала наигранного удивления, почему это она отсутствует. Неужели додумалась до того, что стоит не углублять конфликт, а «переходить к политике разрядки международной напряжённости и мирного сосуществования»? Не помните такого газетного штампа времён Брежнева? А я помню! Настолько я стар. Я не просто стар, я Супер-Стар!

Эпоха Брежнева… Оболганная, осмеянная, обвешанная множеством мифов, имеющих мало общего с реальностью. Ведь судят о ней не жившие в то время именно по самым последним годам «царствования» Леонида Ильича, не учитывая контекста всей той бурной эпохи.

Я уже приводил цифры результатов деятельности Алексея Николаевича Косыгина на посту главы правительства за одно десятилетие. А ведь было ещё 12 лет после 1970 года, в течение которых ежегодно вводилось в строй около 300 крупных промышленных предприятий. Представьте себе: почти каждый день в стране открывался новый завод. Какой же это «застой»? Это именно бурное промышленное развитие. Почему же тогда эти годы называют «временем тотального дефицита»?

Да потому что слова, сказанные с трибуны «шамкающим бровеносцем», «неуклонно повышается благосостояние советского народа» не были пустым звуком. В моём семейном архиве есть фотографии 1960-х годов. Мальчики, одетые в драные футболки, пальтишки и штаны, их родители в кирзовых и резиновых сапогах, фуфайках, платочках и «армейских» шапках со снятыми звёздочками. Да и сам я помню уже конец шестидесятых: радиоприёмник или телевизор — одни на несколько семей. Смотреть новостной выпуск об очередном запуске космического корабля сбегались все соседи. Мотоцикл, даже самый простенький, не средство передвижения, а роскошь.

Потом настали семидесятые. Строительство «хрущёб» в городах не только не замедлилось, но и расширилось куда более комфортными и просторными «брежневками». Люди массово переезжали из тесных и старых частных домов (существовало ограничение на строительство новых в городах и рабочих посёлках) в квартиры. Массово переезжали. Телевизоры, пусть и чёрно-белые, могли себе позволить уже практически все, кто не пил запойно. Холодильники, некогда являвшиеся ещё одним предметом роскоши, стали обязательным атрибутом домашнего интерьера. И не «одноразовые», как в двадцать первом веке: купленная родителями «Юрюзань» без нареканий проработала четверть века и была отправлена «на пенсию» только из-за того, что уже рассохлись уплотнительные резинки на дверце. Пацан без мотоцикла или, на крайний случай, без мопеда, стал «лохом», а велосипеды в более раннем возрасте имелись буквально у каждого. Гляньте на динамику появления марок магнитофонов: с середины 1970-х наблюдается настоящий бум развития этой бытовой электроники. Сначала по количеству, а потом и по качеству моделей. Но этого всё равно не хватало, поскольку доходы росли быстрее, чем товарная масса.