Книга Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть, страница 188 – Анна и Валентина Верещагины

Плачь принцессы немного поутих, когда я переступила последнюю ступень, а обернувшись, и вовсе стих.

— Я никогда не хотела становиться королевой или императрицей, но мне отчего-то хотелось на него сесть… — изящным движением руки я накрыла золотой подлокотник регалии с инкрустацией драгоценных камней. — Всегда было интересно — каково это.

Пока я говорила, один из воинов накрыл обезглавленное тело короля Луи. Изумрудный плащ, позаимствованный у одного из поверженных гвардейцев, молниеносно пропитался кровью, приобретая черный цвет.

— И что дальше? — спросила Ингрид. — Собираешься убить мою семью? Думаешь, что станет легче, если отомстишь?

— Нет… — бесстрастно ответила я, присаживаясь на подлокотник величественного трона.

Те необычные ощущения, что я испытывала, просто стоя рядом с ним, пугали, посему и не решилась занять его. Одна мысль об этом, где я — сидящая на королевском троне, окруженная сильными мужчинами, готовыми убить любого, а у моих ног — мои враги… Враги Дианы, что стали врагами и для меня. Это новое чувство абсолютного превосходства резонировало с моим внутренним миром. Оно меня пугало до дрожи, ведь не просто так говорят: дай власть человеку, и он покажет, каков он на самом деле.

Я не хотела поддаваться этому соблазну, ведь не была уверена в том, что оно не поглотит меня и не затуманит рассудок.

— Твой отец сделал свой выбор, как и твой брат. Потому они и мертвы!

— Выбор? — как акула, почуявшая кровь, я нацелилась на Ингрид. — Тиму ты выбора не предоставила, как, впрочем, и мне. А стоило… Если бы ты оставила меня в покое и не трогала семью — этого всего бы не случилось!

Периферийным зрением заметила, как притихший поблизости Карлос повернул голову.

— У меня никогда не было мыслей о мести… До того дня. — сказала я и поделилась своими истинными намерениями. — Я собираюсь отомстить за смерть Тима. За маму, отца, Билла, бабушку… за Ноа, но главное — за себя.

Настоящей мне не по себе от того, каким человеком я стала, попав в роман и заняв место злодейки, но ничего уже не изменить…

“— Раз злодейка, тогда гони от себя эти мысли и заверши наконец этот спектакль!” — причитала одна из многих в группе поддержки.

Я и образ Дианы будто стали одним целым.

Не обращая внимания на задумчивое лицо Ингрид, я заявила:

— Сейчас мы поиграем в вашу собственную игру. — улыбнулась и, хлопнув в ладоши, обворожительно улыбнулась.

После сигнального хлопка в тронный зал привели последнего участника — Декстера.

Ингрид при виде сына свела брови, отчего морщина меж её бровей стала явно глубже.

— Одному из ваших отпрысков я дала выпить яд, предоставив тем самым для вас тот самый выбор, коего вы лишили меня.

На моих губах взыграла блаженная медовая улыбка, а лица Пенелопы и Декстера посерели.

— У вас есть возможность облегчить страдания или же спасти от смерти…

— Аха-ха-аха! — истерический смех наполнил зал. Королева походила на сумасшедшую тогда, когда один из её детей был обречен на смерть. — Решила так от меня избавиться? Как когда-то я от твоей мамаши? Аха-ха! Что мне нужно сделать? Выпить яд? Как тогда она выпила его, чтобы ты могла жить?!

Её слова вогнали меня в ступор.

Неужели эта мерзкая женщина поставила перед выбором мать Дианы? Какая низость и жестокость…