Книга Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть, страница 90 – Анна и Валентина Верещагины

— ...Ты. — натурально шипела, я, дрожа всем телом от завладевшего мною чувства безумной ненависти к этому ненормальному. — Ты так мне противен Карлос. Твой эгоизм. Твое лицо. Даже твое дыхание заставляет меня испытывать отвращение. Сколько мне ещё раз нужно сказать это?

Мужчина будто испугавшись чего-то быстро убрал свои руку от моего лица и приподнявшись надомной, застыл.

Ощутив опустевшее пространство между нами меня начало колотить ещё сильнее и дабы избавиться этого удушающего гневного чувства, я со всей силы оттолкнула от себя застывшее тело Карлоса. Мужчина, не ожидавший рукоприкладства с моей стороны, потерял равновесие и завалился на противоположный край дивана. Не теряя и секунды, я вскочила на ноги и замахнулась на него.

«Шлеп!»

Обжигающая боль в ладони заставила меня громко вскрикнуть и без стеснения выругаться матом.

— О дьявол! Как больно! А-а! — вопила я, прижимая руку к груди.

От этой адской боли, выступившие слезы застилали мне все.

— Ненавижу! Как же я тебя ненавижу! Зачем я вообще это сделала?!

В его глазах я наверняка выглядела взбешенной сукой, которую поцеловали дважды без разрешения, вот только лишь я знала истинную причину собственного гнева.

Карлос Сензо был единственным мужчиной, которого я не боялась и был единственным кто мог вытащить настоящую меня наружу из защитной скорлупы.

Почему только с этим придурком я могу быть самой собой?

Почему... почему черт его дери перед ним я не могу оставаться Дианой?

Карлос Сензо

Передо мной была никто иная, как женщина с улыбкой ангела, выплевывающая слова, как гадюка и использующая жестокие трюки, как демон.

При звуке этого заискивающего голоса я, сам того не осознавая, чуть не сжал руки на её шее. Но после последующей пощечины, отрезвел, а ярость заполнила каждую клеточку в моем теле, но...

— О дьявол! Как больно!

Девушка, страдая от боли присела на корточки обхватив руку и прижав её к груди почти рыдала.

— Ненавижу! Как же я тебя ненавижу! — вся внутренняя ярость во мне в миг испарилась, сменившись тревожным чувством.

Я сгораю рядом с ней, но видя, как она горит вместе со мной, меня переполняло неизведанное чувство умиротворения и облегчения.

— Я попался в твою ловушку.

Я раздраженно рассмеялся, но, с другой стороны, не смотря на произошедшее, лишь стиснул зубы, когда сердце в груди болезненно сжалось.

Она злобно сверкнула глазами наполненными кристальными слезами и медленно поднялась на ноги.

Теперь я отчетливо понимал, почему мужчины, которые даже не являлись её возлюбленными, желали Диану. Все это время я, отрицая завидовал этому ублюдку Ноа, но видя её такой, какой она никогда не была подле него, я вдруг почувствовал, как в груди поднимается жажда предвкушения.

— Ты бесстыден до такой степени, что до сих пор соответствуешь моим ожиданиям! С тобой абсолютно бесполезно разговаривать.

— Верно. Со мной бесполезно разговаривать, ведь твои мысли и чувства противоположны твоим словам, дорогая Диана.

— Чтобы ты ни говорил, я не собираюсь больше выслушивать этот бред и тем более подыгрывать тебе! Пока небо не рухнет, моё презрение к тебе не изменятся. Я ухожу! Надеюсь, что ты больше не приблизишься ко мне.

Диана решительно повернулась спиной ко мне и вышла из комнаты.

За закрытой дверью послышался её разъярённый крик, а затем, как будто ничего и не произошло я слушал удаляющиеся шаги.