Книга Не стоит грубить феям, страница 126 – Ярослав Лосик

— Нет, — он покачал головой с упрямством, которого я в нём прежде не замечал. — Настоящий герой баллад никогда бы не спрятался за спину возлюбленной. А я… — Милош замолчал и, кажется, хлюпнул носом.

Да что ж такое?! Опять?!

Мне срочно нужно было как-то вытащить парня из ямы самобичевания. Неровен час, он окончательно решит, что вообще недостоин делать предложение до конца своих дней.

— Слушай, а давай пройдёмся немного? — предложил я, подхватывая его под локоть. — Развеешься, дурные мысли из головы повыветрятся, и продолжишь с того места, где остановился. Что ты там ещё делал, когда Шарло… эм, меня то есть увидел?

Герцог поднял полные грусти глаза.

— Уточек кормил.

— Уточек? Ну и отлично. Пойдём к твоим уточкам. Согласен?

Милош на мгновение задумался.

— А знаете, — после паузы сказал он, — пойдёмте. Раз уж я не сумел позаботиться о самом драгоценном для меня человеке, возможно моё скромное общество принесёт пользу этим милым созданиям.

Ну что тут скажешь? Парнишка, конечно, с задвигом, но времени на сеансы психоанализа у меня не было. Скорее бы найти дебильных уток и покончить с этим цирком.

Мы вновь побрели в очередную зелёную неизвестность. Благо прогулка длилась недолго, и уже через пару минут в воздухе запахло стоялой водой.

Когда мы подошли к пруду, застали на берегу реальную пернатую разборку. Стайка толстых белоснежных уток азартно наскакивала на кого-то, яростно хлопая крыльями и оглашая окрестности возмущённым кряканьем.

— Чего там за возня? — вытянул шею я. — Здешние утки точно небешенные?

— Ах, это, — Милош глянул на побоище с полнейшим равнодушием. — Таков суровый закон природы. Слабый всегда достаётся сильному.

— В смысле? А как же забота, польза и всё такое?

Я что-то совсем запутался в Милошевских принципах. Минуту назад он сокрушался из-за своей нерешительности, а когда выпал шанс продемонстрировать отвагу — спрятал голову в песок.

— Они же там бьют кого-то!

— Верно. Но нам не стоит вмешиваться в бесконечный круг жизни.

— Да какой бесконечный-то?! — я наконец разглядел бедолагу, которому отвешивали тумаки. Это был нескладный утёныш с лапами разной длины, торчащими перьями и глазом, затянутым какой-то мутной плёнкой. — Они же его сейчас мочканут!

Герцог только пожал плечами и изобразил на лице вселенскую грусть.

— Да иди ты со своими законами природы! — я рванул вперёд и врезался в утиную свору, разгоняя пернатых агрессоров руками и ногами. Птицы возмущённо полетели в разные стороны и загалдели, отступая. Я подхватил дрожащего заморыша с земли и закутал его в полу своего плаща. — Не бойся, малой, — пробормотал я, прижимая его к себе. — Я тебя никому в обиду не дам. Раз уж у меня самого ничего не выходит, пусть хоть у тебя всё будет хорошо.

Утёнок одарил меня благодарным взглядом и затих.

Я поднял голову и посмотрел на Милоша. Тот стоял в паре шагов с выпученными глазами и отвисшей челюстью.

— Ладно, — вздохнул я, чувствуя, как надежда внутри окончательно оседает и гаснет. — Поехали, отвезу тебя домой. Приключение закончилось.

Я вдруг чётко понял, что у меня больше нет сил ни бороться, ни биться головой об эту непробиваемую романтическую стену. Всё, что оставалось — развернуться и побрести в обратную сторону, прижимая к себе спасённого уродца. Мне не хотелось даже злиться.