Книга Не стоит грубить феям, страница 74 – Ярослав Лосик

— Позвольте мне внести ясность, дабы последние недопонимания покинули нашу добрую беседу, — Шандор сделал небольшую паузу, а я автоматически кивнул, хотя думал, что перед этим выдам ему весь запас бранных слов, которые знал. — Как я уже говорил, Милош — юноша возвышенный, но на удивление упрямый. Его трудно в чём-то переубедить. А после вашей… хм… ссоры, боюсь, любые, даже самые верные доводы, не возымели бы смысла. Видите ли, милейшая маркиза, Милош перечитал столько романов, что у него в голове сложилась совершенно чёткая картина мира. А потому я и решил сыграть в его игру. Всё до банального просто: благородный рыцарь спасает прекрасную даму — и все счастливы.

— Ага, как же! Только вместо счастья получилось «помоги себе сам». Может у меня с глазами что-то? Прынца-спасателя на белом коне почему-то не наблюдалось! Это местный прикол такой?

— При… что? Общение с бандой Жоржа не пошло вам на пользу, прелестница. Я почти не понимаю ваш варварский язык. Хотя, в целом, вы правы. Милош не появился, — обыденно развёл руками Шандор.

— Я в курсе, вообще-то.

— Превратности судьбы, — он вздохнул. — А всему виной олень.

— В смысле животное? Или ты сейчас самокритикой пострадал немного?

Шандор на мгновение закатил глаза.

— Я пригласил племянника на охоту, как только узнал о вашем намерении ехать в монастырь. Продумал маршрут. Всё совпадало минута в минуту. Милош, словно случайно, выезжает на ту самую поляну, вы встречаетесь, он вас спасает — и вот уже не ссора, а красивая история со счастливым продолжением.

— И?

Шандор пожал плечами.

— И дальше вы всё знаете. Он не приехал.

— Почему?

— Потому что, ему стало жаль оленя, которого, к слову, специально гнали по нужному пути. Олень, видите ли, посмотрел на него слишком печально, и наш мальчик узнал в нём себя.

— То есть, он пожалел оленя?

— Именно.

— И из-за этого зверёныша мне пришлось самостоятельно отбиваться от разбойников и тащиться… короче, делать ещё массу всякой всячины?

— Технически, из-за оленя, да.

Я мученически перевёл глаза в закопчённый потолок, вспоминая все дьявольские злоключения. На потолке было грязно и неинтересно, но хотя бы там не было Шандора.

— Слушай, — сказал я, не опуская глаз, — а тебе-то всё это зачем? Вот честно. Чего ты вообще в это влез?

Мне было не видно, но, кажется, Шандор нервно поиграл скулами перед ответом:

— Всего лишь пытаюсь сохранить свою свободу.

Я нехотя вернул взгляд на его холёную физиономию.

— Знаешь, понятнее пока не стало.

— Ах, миледи, — он всплеснул руками. — Вы же сами всё отлично понимаете. Если Милош не сделает вам предложения, и у вас, и у меня просто не будет другого выхода. Поймите, милейшая, я ничего не имею против вас, но…

— Так, стопэ! В каком смысле, у нас? За себя я в курсе. Мне уже обрисовали перспективу лишиться головы при всём честном народе. А ты здесь причём? Будешь держать топор?

Шандор самодовольно ухмыльнулся.

— Вы правда думаете, что благородная дама, тем более вашего положения, может подвергнуться столь позорной казни? Шарлотта, вы же не ребёнок, чтобы верить в сказки. Есть другой, более разумный способ уладить ситуацию.

Тема разговора не нравилась мне всё больше и больше, но я всё равно уточнил:

— И какой же?

— Свадьба, разумеется. Только не с Милошем, а с другим представителем нашей фамилии. Такой расклад устроит всех. Ваш папенька избежит позора, породнившись с герцегствующей династией. Моя полоумная сестрица не упустит богатства вашей семьи. А подданные получат достойного наследника, ведь мой племянник вряд ли оправится от горя и уж точно не станет искать вам замену. И, к сожалению, единственный кандидат на вашу руку и сердце сидит сейчас перед вами, — он склонил голову в лёгком поклоне.