Книга Развод с драконом. Я верну себе крылья, страница 60 – Лия Верес

У Элиры задрожали пальцы.

Она сжала их в кулак.

— Я виноват перед Палатой, — сказал он. — Перед женщинами, чьи имена мой род называл слабостью. Перед собственной матерью. Перед Элирой Сейн.

Он произнёс её имя без Вейр.

И впервые оно не прозвучало как потеря.

— Арден, — резко сказала Сайра, — ты понимаешь, что это признание лишает тебя права представлять старшую линию?

Он посмотрел на неё.

— Понимаю.

— Совет Вейров снимет тебя.

— Возможно.

— Ради чего? Ради женщины, которая уже сказала, что не примет твой подвиг?

На этот раз Элира увидела, как что-то изменилось в нём окончательно.

Он не повернулся к ней за подтверждением. Не стал искать в её лице благодарность, прощение, надежду.

Он ответил Сайре сам:

— Не ради неё. Потому что она была права.

Эти слова вошли в брачный круг, как клинок в натянутую ткань.

Шестая печать вспыхнула.

Не на пластине приказа.

На Сайре.

Алый камень в её браслете резко раскололся светом. Не физически — снаружи он остался целым. Но внутри него прошла чёрная трещина, и из неё вырвался золотой луч, тонкий и ослепительный.

Элира ахнула.

Луч ударил ей в грудь, прошёл сквозь неё и поднялся к спине. Тень крыльев за её плечами рванулась наружу — шире, ярче, тяжелее. Перья света вокруг круга взлетели, имена женщин вспыхнули одно за другим.

Сайра вскрикнула.

Впервые.

Не красиво. Не сдержанно. По-настоящему.

Её знак силы на груди потускнел. В золотом узоре проявилась пустота — место, где был вплетён чужой фрагмент.

Каэль поднял пластину хранителя.

— Шестая печать разрушена. Принимающий контур Морвен потерял удержанный фрагмент.

Палата взорвалась голосами.

Старший Морвен бросился к дочери, но брачный круг не пустил его. Сайра сама удержалась на ногах, прижав ладонь к браслету. Лицо её стало белым, но глаза оставались ясными. Злыми. Очень ясными.

— Это нападение, — прошептала она.

— Это возврат, — сказал Каэль.

Элира почти не слышала.

Сила возвращалась не как мягкое тепло. Она входила в неё бурей. Не вся. Только часть, удержанная Сайрой, но даже этой части оказалось достаточно, чтобы колени дрогнули. Спина горела. Тень крыльев стала плотнее, и на мгновение Элира увидела на мраморе перед собой их силуэт — огромный, золотой, с тёмной прожилкой, той самой, которую она видела в собственном пере.

Арден шагнул к ней.

Остановился сам.

Не коснулся.

Элира заметила это сквозь свет и боль.

Он хотел поддержать. Но позволил ей стоять самой.

Это было почти невыносимо.

Почти правильно.

— Госпожа Сейн, — голос старшей заседательницы пробился сквозь шум, — вы можете продолжать?

Элира подняла голову.

Сайра смотрела на неё.

Уже без маски заботы. Без мягкости. Без притворной жалости. Теперь между ними не было ничего, кроме открытой вражды и оборванной нити, которую Сайра ещё пыталась удержать пальцами.

— Могу, — сказала Элира.

Голос был слабым, но не сломанным.

Каэль внимательно смотрел на её тень.

— Шестая печать снята не полностью.

Элира повернулась к нему.

— Но вы сказали…

— Принимающий контур разрушен. Печать передачи сломана. Но седьмая всё ещё закрывает первичный страх раскрытия.

Она не сразу поняла.

— Что это значит?

Вместо Каэля ответила Палата.

Центральная пластина, на которой лежал приказ Ардена, потемнела. Чёрный металл рассыпался пылью, и под ним проступил новый знак — не Вейров, не Морвенов, не Палаты.