Книга Развод с драконом. Я верну себе крылья, страница 63 – Лия Верес

Та, другая Элира, стояла на светлой поверхности, похожей то ли на облако, то ли на гладкий камень, залитый рассветом. За её спиной раскрывались крылья — огромные, золотые, с тёмной прожилкой по каждому перу. Не мягкие украшения, не знак на коже, не тень будущей силы. Настоящие. Живые. Такие мощные, что от одного взгляда на них у Элиры перехватило дыхание.

— Ты не я, — сказала она.

Голос прозвучал глухо в бескрайнем пространстве.

Женщина улыбнулась.

— Я — та часть тебя, которую ты боялась оплакать.

Элира замерла.

— Я не боялась.

— Боялась, — спокойно ответила та. — Потому что если признать, какой ты могла быть, придётся признать и то, сколько у тебя украли.

Элира сжала пальцы.

Боль поднялась не в спине — в груди. Глубже, чем печати. Глубже, чем развод. Она смотрела на эту женщину с крыльями и вдруг поняла, что ненавидеть Сайру было легче, чем смотреть на собственную несбывшуюся жизнь.

Если бы её не связали, она могла бы раскрыться в первый год брака.

Могла бы войти в род не слабой просительницей, а равной.

Могла бы стоять рядом с Арденом не в ожидании чужого признания, а в собственной силе.

Могла бы не провести три года, спрашивая себя, что в ней неправильно.

— Зачем ты здесь? — спросила Элира.

— Чтобы ты перестала выбирать между прошлым и силой.

— Я не выбираю прошлое.

Женщина с крыльями посмотрела на неё так мягко, что это почти ранило.

— Ты всё ещё спрашиваешь, кем стала бы, если бы Арден увидел тебя раньше. Если бы не подписал приказ. Если бы поверил. Если бы защитил. Если бы выбрал правду до того, как потерял тебя.

Элира отвернулась.

Золотое небо дрогнуло. В нём проступил зал Палаты, далёкий, будто отражённый в воде. Арден стоял у подножия лестницы Дома крыльев, подняв голову к закрытой двери. Каэль рядом держал пластину хранителя. На лице Ардена не было прежней власти. Только ожидание — тяжёлое, неподвижное, полное вины, с которой нельзя ничего сделать вместо того, кого ранил.

— Он признал, — сказала Элира тихо.

— Да.

— Он потеряет главенство.

— Возможно.

— Он больше не защищает Сайру.

— Нет.

— Тогда почему мне всё ещё больно?

Женщина подошла ближе. Её крылья не шумели, но воздух вокруг них двигался, как живой.

— Потому что признание не возвращает украденное время. Потому что правда не отменяет того, что ты была одна, когда должна была быть любима. Потому что он начал видеть только после того, как ты перестала ждать.

Элира закрыла глаза.

Эти слова были точнее любого приговора.

Она хотела ненавидеть Ардена до конца. Так было бы чище. Проще. Но ненависть уже не могла закрыть всё. Он был виноват. И обманут. Слеп. И ранен. Жесток. И способный наконец сказать правду, когда она стоила ему власти.

Всё это существовало одновременно.

И ни одно не обязывало её возвращаться.

— Я не хочу снова зависеть от него, — сказала Элира.

— Тогда не завись.

— Я не хочу, чтобы мои крылья стали его искуплением.

— Тогда раскрой их ради себя.

Золотое небо вокруг них стало ярче.

Элира почувствовала, как за спиной снова появилась тень. Уже не в Палате, не у ворот, не под взглядом Сайры. Здесь. Внутри последней комнаты. Она тянулась из неё самой — осторожная, тяжёлая, испуганная.

— Я боюсь, — призналась Элира.

Слова дались трудно.

Женщина с крыльями не улыбнулась.

— Знаю.