Книга Изгнанная для князя Вьюги, страница 72 – Ева Енисеева

Холодный ветер рвал мои крылья, словно желая удержать меня вдали от неё. Но я летел, чувствуя, что ещё немного, и я потеряю её навсегда. Сердце билось болезненно и глухо.

Ледяные пики мелькали внизу, снежные хребты оставались позади, но я не обращал внимания ни на что, кроме тонкой, едва ощутимой магической нити, что связывала нас. Она дрожала, словно вот-вот оборвётся. Я сжал зубы, ускоряя полёт.

Найду. Присвою. И никогда больше не отпущу.

Жди.

Я повторял это в мыслях, надеясь, что она услышит. Что-то внутри меня зло шептало, что если я не успею сейчас, то уже никогда не увижу её глаза, не услышу её голос. Это было хуже смерти.

Где-то впереди, на заснеженном плато, едва различимая в вихре снега, она лежала на земле, бесчувственная, без движения. Сердце замерло, на мгновение мир потерял смысл. Нет. Нет. Только не это.

Я сложил крылья и камнем рухнул вниз, пронзая морозный воздух.

Опустившись на землю, я позволил Зайгарту отступить, возвращая себе человеческий облик. Снег закружился вокруг меня вихрем, скрывая силуэт дракона, уступающего место человеку. Моя одежда преобразилась сама собой, покрывая тело в чёрные княжеские одежды, расшитые серебряными узорами, словно насмехаясь надо мной, облекая меня в образ, от которого я бежал всю жизнь.

Я едва не рухнул на колени от напряжения, но тут же выпрямился, взглядом скользя по неподвижному телу своей второй половины.

— Илария!

Её губы посинели, длинные светлые волосы, рассыпанные по снегу, будто стали ещё белее.

Мир замкнулся на ней. Только она. Только её дыхание, которое я должен был услышать, иначе…

Но дыхания не было.

Страх пробил меня насквозь, тяжёлый, как удар, разрывая грудь и наполняя яростью. Я рванулся к ней, упал на колени в снег рядом и осторожно приподнял её в своих объятиях. Она была слишком лёгкой, слишком холодной.

— Илария...

Я едва узнал свой собственный голос. Он дрожал, срывался, будто я потерял контроль над собой. Тело её было холодным, но я не мог позволить ей исчезнуть. Не мог.

Моё сердце билось слишком громко, слишком яростно, требуя, чтобы она открыла глаза. Я хотел услышать её голос. Услышать, как она снова огрызается, ругается, злится, как задаёт сто вопросов! Я бы ответил на все! Как смущается, когда я её целую, как у неё мило алеют щёки, как она поправляет локон волос, упавший на лицо, как улыбается…

— Ты не посмеешь оставить меня, слышишь? — прошептал я, сжимая её крепче. — Ты не смеешь...

Снежная буря взвыла вокруг нас, но я больше не слышал её. Мир сузился до этого миниатюрного тела передо мной, лежащего на снегу. До последнего тёплого оттенка в её коже, до секунд, которые отделяли меня от безумия.

Я оказался на коленях рядом с ней, чувствуя, как холод снега пробирает до костей. Но сейчас меня не волновало ничего, кроме того, что её сердце почти остановилось.

— Илария… — прошептал я, сжимая её холодную руку. — Не делай этого со мной. Не уходи.

Но она не отзывалась. Её лицо было таким бледным, словно жизнь уже покинула её тело.

Моё дыхание стало прерывистым. Я не хотел ничего из этого. Ни короны, ни власти, ни бесконечной борьбы за Вьюгу. Но сейчас я готов был принять всё это, лишь бы она открыла глаза. Лишь бы услышать снова её голос, ощутить её дыхание и тепло рядом.