Книга Радуга на запястье, страница 176 – Юлия Фирсанова

Но нет, рука того к мечу не потянулась, лицо не закаменело маской принимавшего высшую задачу создания. Значит, что бы там с командами, хищением интеллектуальной собственности и внушением преступных намерений ни происходило, угрозы для Высшего Равновесия в мирах оно не несло. Персоной, приговоренной к мечу жнеца, не осуществлялось. Будь по-другому, Дейгон бы уже не сидел за столом, внимательно слушая собеседника, а мерцал, исчезая. Потому меч жнеца и именовался неотвратимым возмездием, что действие его было эффективнее и надежнее самонаводящейся боеголовки. Такое оружие было способно мгновенно отыскать и уничтожить цель точечно: от одного преступника до целого мира, преступившего Закон.

И ни малейших проблесков смущения, или тем паче стыда паладин Трауль при провокации не испытывал. Ему просто надо было знать. Потому и пошло в ход самое доступное на настоящий момент средство. А что оно живое и близко, так даже лучше. Удобнее отследить реакцию.

Кира мысленно согласилась с логикой опекуна, хоть и не могла полностью одобрить такой подход к симпатичному гостю. Но паладин делал то, что считал должным, нужным и оптимальным, не углубляясь в дебаты и не поднимая вопрос на голосование.

И, как подметила Кирана, жнец мгновенно понял и принял логику действий хозяина поместья. Они обменялись быстрыми взглядами, все порешали и решили никого не лишать живота. Юных служителей Могуществ спокойно оставили за кормой этих решений не потому, что не доверяли и проверяли, а банально не сочли нужным вмешивать молодежь в такие мелочи. Право, сущие пустяки, мороженое с мятными зефирками куда важнее.

О нет, жестокими садистами ни жнец, ни паладин не были. Но работу свою делали столь привычно, что уже не останавливались для анализа многократно пройденного пути. Так не станет простой обыватель пытаться вникнуть в то, как он дышит, жует или глотает. Рефлекс. Очень специфический, выработанный специалистом редкой квалификации. А что один в отставке, а у второго выходной, так у рефлексов выходных не бывает, ведь всякое в жизни бывает, ненароком задохнуться никто не желает.

Альрау тоже просек обмен взглядами соседей по столу, даже смысл определил и… успокоился. Великого замеса и угрозы Ильреону не предвидится, а потому можно спокойно поужинать. Да, пожалуй, немного обидно, что он обычный обрис и ни до звания паладина, ни до сути жнеца не дотягивает. Но, положа руку на сердце, хорошо, что не дотягивает. Быть таким, как эти двое, слишком большая ответственность. Он не претендует, хватит радужной метки на запястье. Он и ее-то не просил, но что вышло, то вышло, назад не отыграть.

Все-таки обрис слишком любил точность и четкость. В делах же Могуществ очень многое было завязано на таланте, даре или, как это правильно сформулировать, Альрау не до конца понимал, на чувстве высшей правильности. А он этого чувства был почти полностью лишен именно в силу своей приверженности логике. И, пожалуй, лишен к счастью. Это ж все представление о мироздании на слом пойдет, если дар видения откроется.

Так что место в команде ему подходило идеально. Тут предоставлялась возможность следовать интуитивно-правильным путем, выбранным Кираной или этой крылатой невозможной Ильм, либо поэтапно решать те части общей проблемы, где нужен его дар и где не идет на слом цепь разумных выводов.